.

7 месяцев лишения свободы за убийство кота. Приговор суда.

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по уголовным делам Курского областного суда в составе:

председательствующего Полянской Н.Д.,

судей Ивановой О.Ф. и Квасова В.В.,

при секретаре Япринцевой Н.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> уголовное дело по кассационной жалобе осужденной Морозова Г.Ф. на постановление Касторенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об оставлении без изменения приговора мирового судьи судебного участка <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

Морозова Г.Ф., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка и жительница <адрес>, разведенная, пенсионерка, инвалид 3 группы, несудимая,

осуждена по ч. 2 ст. 245 УК РФ к 7 (семи) месяцам лишения свободы на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 6 (шесть) месяцев;

на нее возложены обязанности не менять своего постоянного места жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, являться в данный орган для регистрации по установленному графику;

с нее и Косовских М.Н. в солидарном порядке взыскано в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 325 рублей 00 копеек.

Приговором мирового судьи по делу осужден также Косовских М.Н., в отношении которого приговор не был обжалован.

Заслушав доклад судьи Ивановой О.Ф., выступления осужденной Морозова Г.Ф. и ее защитника — адвоката Шкурина И.Б., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Закурдаева А.Ю., возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы, судебная коллегия

установила:

По приговору мирового судьи, оставленному без изменения апелляционным постановлением, Морозова Г.Ф. осуждена за жестокое обращение с животными, повлекшее его гибель, с применением садистских методов, группой лиц по предварительному сговору.

Как установлено судебными решениями, в конце мая — начале июня 2010 года Морозова Г.Ф. в связи с тем, что кот черно-белого окраса, принадлежащий семье ФИО1, съел принадлежащую ей домашнюю птицу, решила умертвить это животное. С этой целью она ДД.ММ.ГГГГ примерно в 18 часов около гаража, принадлежащего Косовских М.Н., расположенного по адресу: <адрес>, встретила ФИО8 и Косовских М.Н. и попросила последнего за плату в виде спиртного помочь поймать и убить кота, на что Косовских М.Н. согласился. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 16 часов, когда Косовских М.Н. находился около своего гаража, к нему снова подошла Морозова Г.Ф. и, указав на кота ФИО1, снова повторила свою просьбу об умерщвлении животного. Косовских М.Н. согласился и закрыл кота в своем гараже. Морозова Г.Ф. принесла спиртное.

Когда примерно в 17 часов ФИО8 подъехал на велосипеде к своему гаражу, Косовских М.Н. попросил его о помощи в поимке кота и стал выгонять последнего на улицу хозяйственными вилами, а ФИО8 зажал голову животного между входной дверью гаража и дверной коробкой. Косовских М.Н. нанес два удара хозяйственными вилами по туловищу животного, а находившаяся с внешней стороны гаража Морозова Г.Ф., действуя совместно с Косовских М.Н. по ранее достигнутой договоренности, нанесла 2-3 удара молотком по голове кота. ФИО8 из жалости к животному ушел, в результате чего кот освободился и попытался скрыться. Когда кот побежал к выходу из гаража, Морозова Г.Ф. снова зажала животное между входной дверью и дверной коробкой, после чего нанесла множественные удары молотком по голове кота. В это время Косовских М.Н., находясь в помещении гаража, нанес 4 удара хозяйственными вилами в область туловища животного. В результате действий осужденных наступила гибель животного (кота), принадлежащего ФИО1.

Вину в совершении преступления осужденная Морозова Г.Ф. не признала.

В кассационной жалобе (основной и дополнительной) осужденная Морозова Г.Ф. просит приговор суда отменить, считая, что она подлежит оправданию в связи с непричастностью к преступлению.

По мнению осужденной, по делу отсутствуют доказательства ее вины в совершении преступления.

При этом указывает, что не установлено орудие убийства, не представлен протокол осмотра места происшествия и изъятия трупа животного из мусорного ящика, на ее одежде отсутствуют следы крови и шерсти животного, нет судебно-медицинской экспертизы трупа животного (кота), а вскрытие трупа животного проведено ветеринарнымврачом, не имеющим лицензии на эти действия.

Подвергая сомнению достоверность положенных судом в основу приговора доказательств, указывает, что: на осужденного Косовских М.Н. было оказано давление со стороны потерпевшего ФИО1; свидетель ФИО2 не мог видеть и слышать хрипы животного, так как находился далеко от гаража, а ФИО8 ушел из гаража, когда животному стали наносить удары; потерпевший ФИО1 и свидетели ФИО2, ФИО7 ее оговорили ввиду сложившихся неприязненных отношений, и, кроме того, в их показаниях имеются существенные противоречия; при осмотре места происшествия не присутствовали понятые.

Выражает несогласие с тем, что суд не признал достоверными показания свидетеля ФИО3

Указывает на отсутствие доказательств принадлежности убитого животного семье ФИО1, а также на то, что по делу не проверена выдвинутая ею версия о том, что потерпевший скрывает принадлежащего ему кота, который жив, а сам умертвил другое животное с целью опорочить ее, осужденную.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель — прокурор <адрес> С.М. Игнатенко просит постановление суда оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденной Морозова Г.Ф. — без удовлетворения.

Считает, что выводы суда о виновности осужденной Морозова Г.Ф. в совершении указанного преступления подтверждаются совокупностью доказательств, полно приведенных в постановлении.

По его мнению, судом дана оценка доводам Морозова Г.Ф. о том, что осужденный Ксовских М.Н., потерпевший ФИО1, а также свидетели оговаривают ее ввиду сложившихся неприязненных отношений, а также о наличии противоречий в показаниях этих лиц и о недоказанности принадлежности умерщвленного животного потерпевшему ФИО1

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы осужденной и возражений на нее прокурора, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебных решений.

Выводы суда о виновности Морозова Г.Ф. в совершении преступления, за которое она осуждена, подтверждаются совокупностью тщательно исследованных судом доказательств, полно приведенных и получивших надлежащую оценку в приговоре и апелляционном постановлении.

Так, по показаниям осужденного Косовских М.Н., он по просьбе Морозова Г.Ф. за плату в виде спиртного пообещал ей помочь поймать и убить кота, принадлежащего ФИО1, который съел у Морозова Г.Ф. цыплят. Когда кот вошел в его гараж, то он стал его выгонять хозяйственными вилами, а ФИО8 зажал животное дверью. Тогда он, Косовских М.Н., нанес 2 удара вилами по туловищу животного, а Морозова Г.Ф. — 2-3 удара молотком по голове кота. Когда ФИО8 перестал держать дверь, и кот попытался скрыться в помещении гаража, он, Косовских М.Н., замахнулся на животное вилами, и кот побежал к выходу из гаража, где Морозова Г.Ф. зажала тело животного между входной дверью и дверной коробкой и стала наносить множественные удары молотком по голове кота. Он, Косовских М.Н., нанес 4 удара хозяйственными вилами в область туловища животного.

Потерпевший ФИО1 пояснил, что, узнав об умерщвлении принадлежащего его семье кота, ДД.ММ.ГГГГ спрашивал у осужденного Косовских М.Н., зачем последний убил его кота, и осужденный пояснил, что убил животное за спиртное по просьбе Морозова Г.Ф.

Виновность осужденной подтверждается также: показаниями свидетеля ФИО2, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он возле своего гаража занимался ремонтом автомобиля и видел около гаража, принадлежащего Косовских М.Н., осужденных и ФИО8, а когда примерно в 17 часов, услышав со стороны гаража громкие хрипы кота, увидел, что голова последнего зажата между дверью и дверным косяком, спросил у Морозова Г.Ф. и ФИО8, что они делают, ему ответили, что «душат кота»; показаниями свидетеля ФИО7, которой о происшедшем стало известно со слов супруга — ФИО2; показаниями свидетеля ФИО8 о том, что он согласился помочь Косовских М.Н. и Морозова Г.Ф. поймать кота черно-белого окраса, зажимал голову кота между дверью и дверной коробкой, однако когда Морозова Г.Ф. стала наносить удары молотком по голове кота, он из жалости к животному отпустил дверь и ушел; показаниями свидетеля ФИО4, согласно которым она ДД.ММ.ГГГГ как ветеринарный врач производила осмотр и вскрытие трупа принадлежащего ФИО1 животного — кота, в области головы и туловища которого были обнаружены множественные телесные повреждения, образовавшиеся от нанесения ударов твердым тупым предметом и несовместимые с жизнью животного; данными заявления потерпевшего ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к уголовной ответственности осужденных, которые убили его кота (т. 1, л.д.10); данными: протокола осмотра места происшествия — гаража, принадлежащего Косовских М.Н. (т.1, л.д.11-13), и показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО5, участвовавших в качестве понятых при производстве этого следственного действия, когда осужденный пояснил, что в помещении этого гаража им и Морозова Г.Ф. был убит кот черно-белого окраса; акта вскрытия животного — кота от ДД.ММ.ГГГГ об обнаружении множественных повреждений, в том числе внутренних органов животного (т.1, л.д.22), а также другими доказательствами, приведенными в судебных решениях.

Доводы кассационной жалобы аналогичны тем, которые были исследованы и оценены судом апелляционной инстанции с приведением соответствующих мотивов в постановлении.

Вопреки утверждениям осужденной, подвергать сомнению достоверность доказательств, положенных судом в основу судебных решений, оснований не имеется, не приведено их и в кассационной жалобе.

Как видно из материалов дела, показания свидетелей ФИО2, ФИО7, ФИО8, потерпевшего ФИО1 и осужденного Косовских М.Н. являются последовательными, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу и получены с соблюдением требований закона. Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего ФИО1 и свидетелей ФИО2, вопреки утверждениям осужденной, не имеется. Поэтому доводы осужденной о признании показаний названных лиц недопустимыми, в том числе и вследствие наличия у нее неприязненных отношений с потерпевшим и свидетелями, являются неосновательными.

Так как свидетель ФИО2 пояснил, что находился в непосредственной близости от гаража, в котором совершалось преступление, и эти показания согласуются с показаниями осужденного Косовских М.Н., свидетеля ФИО8 и свидетеля ФИО7 об этом, не доверять показаниям названного свидетеля относительно участия осужденной в умерщвлении животного, как на этом она настаивает в жалобе, оснований также не имеется.

Нет оснований подвергать сомнению участие ФИО6 и ФИО5 в качестве понятых при осмотре места происшествия — гаража, принадлежащего осужденному Косовских М.Н., на что также указано в жалобе. Протокол названного следственного действия соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе и ст. ст. 164, 166, 170 УПК РФ, показания этих лиц, допрошенных в качестве свидетелей, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, в том числе и показаниями осужденного Косовских М.Н., который также участвовал в следственном действии.

Обоснованно были признаны мировым судьей и судом апелляционной инстанции недостоверными показания свидетеля ФИО3 о наличии алиби у осужденной, поскольку они не соответствуют положенным в основу приговора доказательствам и непоследовательны, в связи с чем соответствующие доводы кассационной жалобы также не могут быть признаны состоятельными.

Поскольку ветеринарная деятельность не подлежит лицензированию в соответствии с Федеральным законом «О лицензировании отдельных видов деятельности» от ДД.ММ.ГГГГ № 128-ФЗ (с последующими изменениями), аветеринарный врач-терапевт Государственного учреждения «Станция по борьбе с болезнями животных <адрес>» ФИО4 в соответствии со ст. 4 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № с последующими изменениями «О ветеринарии» имела право на вскрытие животного, доводы осужденной о недопустимости составленного названным врачом акта от ДД.ММ.ГГГГ об имевшихся у кота телесных повреждениях и причинах падежа животного (т.1, л.д.22), также не основаны на законе и материалах дела.

При таком положении, когда совокупность собранных по делу доказательств бесспорно устанавливает виновность Морозова Г.Ф. в умерщвлении кота потерпевшего ФИО1, в том числе сам осужденный Косовских М.Н., свидетели ФИО8 и ФИО2 изложили конкретные действия осужденных при нанесении ударов молотком по голове и вилами по телу животного, принадлежащего семье ФИО1, а акт исследования трупа кота свидетельствует о наличии у животного многочисленных телесных повреждений головы и туловища, доводы кассационной жалобы осужденной как об отсутствии доказательств ее причастности к гибели животного, так и о принадлежности последнего именно потерпевшему, нельзя признать соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Исходя из установленного судом, когда Морозова Г.Ф. по предварительному сговору и совместно с Косовских М.Н., — о чем свидетельствуют как показания осужденного Косовских М.Н. о том, что он по предложению Морозова Г.Ф. участвовал в умерщвлении кота семьи ФИО1, так и согласованные действия обоих в процессе совершения преступления, — умертвили животное мучительным способом, нанося тому удары молотком по голове и вилами по телу, причинив множественные телесные повреждения, в том числе и с повреждением костей скелета и внутренних органов, — как это видно из акта вскрытия кота, — действия осужденной правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 245 УК РФ как жестокое обращение с животным, повлекшее его гибель, с применением садистских методов, группой лиц по предварительному сговору, что убедительно мотивировано в судебных решениях.

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части апелляционного постановления суд допустил ошибку, указав на то, что осужденной Морозова Г.Ф. преступление совершено также и из корыстных побуждений.

Поскольку Морозова Г.Ф. не обвинялась в совершении названного преступления из корыстных побуждений и мировым судьей за это не осуждалась, указание суда апелляционной инстанции на этот признак преступления подлежит исключению из судебного постановления как не соответствующее фактическим обстоятельствам дела согласно п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену либо изменение судебных решений, по делу не допущено.

Мотивы условного осуждения Морозова Г.Ф. к наказанию в виде лишения свободы и невозможности назначения ей иных видов наказаний приведены в судебных решениях.

Наказание соответствует содеянному ею, данным о ее личности, отвечает требованиям ст. ст. 43, 60 УК РФ и является справедливым.

Вносимые в постановление районного суда изменения не могут являться основанием для смягчения наказания, поскольку последнее было назначено Морозова Г.Ф. без учета признака совершения преступления из корыстных побуждений по приговору мирового судьи, оставленному без изменения судом апелляционной инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377 — 379, 386, 388 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Постановление Касторенского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым оставлен без изменения приговор мирового судьи судебного участка <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Морозова Г.Ф., изменить:

исключить из его описательно-мотивировочной части указание на совершение Морозова Г.Ф. преступления из корыстных побуждений;

в остальном постановление оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденной — без удовлетворения.

Считать Морозова Г.Ф. осужденной по ч. 2 ст. 245 УК РФ к 7 (семи) месяцам лишения свободы на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 6 (шесть) месяцев.

Перейти на Главную

Благодарим за перепост

Вы можете оставить комментарий ниже.

Оставить комментарий

Вы должны Войти, чтобы оставить комментарий.

Rambler's Top100 Питомец - Топ 1000 Счетчик PR-CY.Rank Всё об экологии в одном месте: Всероссийский Экологический Портал