.
Дело о коте с ошейником - Правовая зоозащита

Дело о коте с ошейником

 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 сентября 2017 г. N 33-19430/2017

 

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда. рассмотрела в судебном заседании 28.09.17 гражданское дело N 2-1029/17 по апелляционной жалобе С. на решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 18.09.17 по иску С. к П. о расторжении договора купли-продажи, взыскании денежных средств, уплаченных по договору, взыскании расходов по оплате ветеринарных услуг, компенсации морального вреда, неустойки, штрафа, взыскании судебных расходов и по встречному иску П. к С. о взыскании штрафа за нарушение условий договора, взыскании судебных расходов.

Установила:

 

С. изначально обратилась к мировому судье судебного участка N 127 Санкт-Петербурга с иском к П. и, уточнив требования, просила расторгнуть договор N 0053 от 20.12.15 купли-продажи животного, взыскать денежные средства в размере 20 000 рублей, уплаченных по договору, взыскать расходы на оплату ветеринарных услуг в размере 10 906,45 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 46 000 рублей, штраф в размере 50% от взысканных судом сумм, неустойку в размере 73 000 рублей.

В обоснование заявленных требований С. указала, что на основании договора купли-продажи от 20.12.15 истец приобрела у П. кота породы британской длинношерстной по кличке Markiz Golden AGmur, которому на момент приобретения было 5 месяцев.

С., как покупателю, был выдан ветеринарный паспорт животного, где было указано, что животное здорово. Однако 23.02.16 года животное скончалось. По результатам вскрытия у животного были обнаружены заболевания: гипертрофическая кардиомиопатия; сильно выраженный венозный застой; общий венозный застой; катарально-геморрагический колит. Вскрытие трупа животного произведено на кафедре патологической анатомии и судебной ветеринарной медицины ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургская государственная академия ветеринарной медицины».

Таким образом, на момент заключения договора купли-продажи животное имело генетические заболевания, однако ответчиком указанная информация доведена не была, чем были нарушены права истца как покупателя.

Не согласившись с предъявленными требованиями, П. предъявила встречные исковые требования, в которых просила взыскать со С. штраф в размере 100 000 рублей за неисполнение условий оспариваемого договора купли-продажи животного, расходы по оплате услуг представителя.

В обоснование заявленных встречных исковых требований П. указала, что продала истцу здоровое животное. Согласно условиям пунктов 3.3 — 3.6 договора, оно продается как открытый производитель.

Таким образом, вязка животного являлась обязательным условием продажи указанного товара. При этом вязка кошек, принадлежащих заводчику (лично или в совладении) осуществляется с данным животным бесплатно в указанный заводчиком срок, а отказ от вязки со стороны совладельца невозможен. В случае нарушения указанных пунктов договора, совладелец выплачивает заводчику денежный штраф в размере 100 000 рублей.

П. также указывала, что согласно сведениям, содержащимся в посмертном эпикризе, выданным Институтом Ветеринарной биологии, 22.02.16 при поступлении животного в клинику, хозяин, то есть С., пояснила, что котенок закусил находящийся на нем ошейник от блох, который находился в его пасти около 2-х часов, после чего он стал вялым, у него начался понос темного цвета (кровь), посинели слизистые оболочки пасти. Ссылаясь на результаты клинического осмотра животного, лабораторно-диагностических исследований, рентгенологических исследований, а также на результаты вскрытия, П. полагала, что смерть животного наступила в результате развившегося отека легких и остановки дыхания, возникшего вследствие выраженной интоксикации и токсического шока (сильного отравления) и последующей остановки сердца.

П. указывала, что животное на момент продажи С. было абсолютно здорово, так как являлось породистым и имело родословную, участвовало в выставках, для допуска к которым подвергалось неоднократному ветеринарному исследованию, о чем свидетельствуют справки ветеринарных служб Московского и Фрунзенского районов Санкт-Петербурга от 27.11.15 и от 16.12.15.

По мнению П., поскольку смерть животного наступила по вине С., у нее (П.) утрачена возможность реализации своего права на получение прибыли от вязки умершего животного, что дает ей право на взыскание штрафа, предусмотренного условиями договора N 0053 от 20.12.15 года купли-продажи животного.

Определением мирового судьи судебного участка N 127 Санкт-Петербурга от 30.08.16 на основании положений ч. 3 ст. 23 ГПК РФ настоящее гражданское дело было передано для рассмотрения по существу в Московский районный суд Санкт-Петербурга и 27.09.16 принято к производству Московским районным судом Санкт-Петербурга

Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга  в удовлетворении исковых требований С. к П. о расторжении договора купли-продажи, взыскании денежных средств, уплаченных по договору, взыскании расходов по оплате ветеринарных услуг компенсации морального вреда, неустойки, штрафа, взыскании судебных расходов отказано.

Встречные исковые требования П. к С. о взыскании штрафа за нарушение условий договора, взыскании судебных расходов удовлетворены.

Со С. в пользу П. взысканы денежные средства в размере 100 000 рублей в качестве штрафа за неисполнение условий договора, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000  рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 200.

В апелляционной жалобе С. просит отменить решение суда, полагая его незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм действующего законодательства.

Судебная коллегия, выслушав объяснения явившихся лиц, проверив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

Как установлено материалами дела, 20.12.15 между П. (заводчик) и С. (покупатель) был заключен договор купли-продажи животного N 00535, согласно которому заводчик обязался передать в совладение на условиях договора, а покупатель обязался принять и оплатить племенное животное питомника «AGmur» по кличке «Markiz Golden AGmur» + условия совладения, стоимостью 20 000 рублей с предоставлением рассрочки платежа (50% или 10 000 рублей и оставшаяся часть 10 000 рублей в срок до 31.12.15 года п. 2.1 — 2.4 договора).Согласно п. 1.3.2 договора, если животное приобретено как BREED-CLASS, то покупатель не имеет права предъявлять претензии к заводчику в случае неудовлетворительных выставочных оценок.

В соответствии с п. 1.4 договора заводчик гарантирует, что на момент продажи у животного отсутствуют экто- и эндопаразиты, животное не страдает грибковыми заболеваниями, отсутствуют признаки вирусных заболеваний; животное не является носителем хронических заболеваний (гепатита, бешенства, парвавируса, вирусного перитонита и т.д.). Покупать имеет право за свой счет проверить здоровье животного в государственной ветеринарной клинике в течение 4 (четырех) дней с момента передачи животного покупателя, и при предъявлении ветеринарного заключения, подтверждающего, что животное на момент покупки было больно, он может вернуть данное животное заводчику и получить обратно уплаченные за него деньги. Если покупатель таким правом не воспользовался, дальнейшие претензии по здоровью животного не принимаются, деньги не возвращаются.

По условиям п. 2.7 договора животное было передано покупателю 20.12.15.

Из ветеринарной карты животного N 89405 ветеринарной клиники ООО «Институт Ветеринарной биологии» следует, что 22.02.16 года животное — кот в возрасте 7-ми месяцев по кличке «Маркиз» поступил на прием с жалобами: вялый, губы синие, сопит носом, понос темный, температура 36 градусов, ошейник от блох был на зубах 1 — 2 часа.

При осмотре животного установлено: состояние комы, температура тела — 36 градусов, видимые слизистые оболочки — бледно-розового цвета с синюшным оттенком; на языке эрозия, отсутствуют ворсинки; в углах губ — слизистая эрозирована, сыпь; на деснах верней и нижней челюсти — выраженные эрозии; подчелюстные лимфатические узлы — отечны (размер 0,3 — 0,5 см); дыхание сухое, жесткое; тоны сердца глухие, выражена тахикардия; кишечник спазмирован; из прямой кишки истечения в виде кровяных сгустков; по результатам рентгенологического исследования установлены — отек легких, отек кишечника; предварительный диагноз: токсический шок, токсический гастроэнтерит, прогноз неблагоприятный.

Согласно данным ветеринарной карты специалистами клиники была проведена детоксикационная терапия, мероприятия, направленные на восстановление работы сердечно-сосудистой и дыхательной систем, после чего животное было выписано домой.

23.02.17 животное поступило на повторный прием, в ходе которого специалистом отмечены: анурия, отсутствие стула; отсутствие аппетита и жажды; дыхание брюшного типа, нарастающий отек легких, температура тела — 34,8 градусов, на основании чего были проведены реанимационные мероприятия, однако в 17.20 часов наступила смерть животного.

По результатам патологоанатомического вскрытия, содержащимся в заключении кафедры патологической анатомии СПб ГАВМ от 24.02.2016 года, смерть животного наступила в результате отека легких, наступившего в результате нарушения кровообращения вследствие гипертрофической кардиомиопатии, сопутствующее заболевание — катарально-геморрагический колит.

По ходатайству П. по делу была назначена судебная ветеринарная экспертиза.

Из представленного в материалы дела заключения эксперта АНО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки», эксперт Щ. пришла к выводу о том, что, согласно результатам патологоанатомического вскрытия смерть животного наступила в результате отека легких, наступившего в результате нарушения кровообращения вследствие гипертрофической кардиомиопатии, сопутствующее заболевание — катарально-геморрагический колит; клиническая картина гипертрофической кардиомиопатии, сильно выраженного венозного застоя, катарально-геморрагического колита с большой долей вероятности могут являться следствием токсического отравления организма; указанная клиническая картина не позволяет сделать вывод о наличии хронических генетических заболеваний, так как для установления факта наследования ГКМП необходимо проведение обследования животных линии разведения, к которой относится «Markiz Golden AGmur».

Разрешая требования С. по существу, суд первой инстанции руководствуясь ст. ст. 421, 432, 475, 1095 Гражданского кодекса РФ, учитывая объяснения сторон, показания свидетеля, представленные доказательства, в том числе судебную экспертизу, пришел к выводу, что истец не доказала факт продажи ответчиком животного ненадлежащего качества.

С указанным выводом судебная коллегия соглашается.

Согласно ст. 137 Гражданского кодекса РФ применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное. При осуществлении прав не допускается жестокое обращение с животными, противоречащее принципам гуманности. Согласно п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В соответствии с пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Пунктом 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Принимая во внимание, что денежные средства истицей были переданы после передачи животного, соответственно договор купли-продажи сторонами исполнен, ответчик на законных основаниях получила оплату по договору, а истица стала собственником животного и, являясь его законным владельцем, обязана исполнять обязанности по его содержанию.

Доказательств того, что истице был продано больное животное, суду не предоставлено, напротив, материалами дела подтверждено, что согласно ветеринарному паспорту животное на момент передачи покупателю было вакцинировано, проблемы со здоровьем животного было выявлено только 22.02.16, то есть спустя 2 месяца после его покупки истицей. На момент покупки животное было здорово.

Данный факт истицей ничем не опровергнут, доказательств обратного по правилам ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суду предоставлено не было.

На основании изложенного суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований С. о расторжении договора купли-продажи.

Также суд первой инстанции обоснованно отказал во взыскании расходов на лечение животного, неустойки и штрафа, поскольку указанные требования производны от первоначальных требований, в удовлетворении которой С. отказано.

Разрешая встречные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу об их удовлетворении, поскольку со стороны истца не были исполнены в полном объеме условиям договора.

Между тем с указанным выводом судебная коллегия не может согласиться.

Как следует из материалов дела, договор купли-продажи животного содержит указание на то, что продавцом покупателю передается кот породы — британская длинношерстная класса BREED-CLASS. Согласно справочной информации такие животные принимают участие в выставках, основная масса животных указанного класса используется в разведении.

Из условий договора следует, что животное приобреталось покупателем с условием совладения для целей разведения.

В соответствии с п. 3.4 договора, если животное продается как открытый производитель: вязка животного осуществляется только через заводчика; все кошки, которые будут вязаться с этим животным, должны иметь необходимые документы и прививки; копия родословной для оформления вязки и договор получаются владельцем кошки у заводчика; если данный пункт будет нарушен, и животное будет повязано со сторонней кошкой без ведома заводчика, совладелец будет обязан выплатить заводчику штраф в размере 100 000 рублей за каждое нарушение (п. 3.4.1 договора).

Согласно п. 3.6 договора вязка кошек, принадлежащих заводчику (лично

или в совладении) осуществляется с данным животным бесплатно в указанный заводчиком срок, при этом отказ от вязки со стороны совладельца не возможен. Стороны также договорились, что в случае нарушения совладельцем п. 3.3.-3.6 договора, совладелец выплачивает заводчику денежный штраф в размере 100 000 рублей, а в случае невыполнения остальных условий договора денежный штраф, выплачиваемый совладельцем заводчику, составляет 50 000 рублей за каждое нарушение.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что требования П. как продавца о взыскании с покупателя штрафа в размере 100 000 рублей обусловлены нарушением С. условий договора выраженного в отказе предоставления животного для вязки до достижения им возраста 4-х лет (п. 3.3 договора), поскольку смерть животного наступила по вине истца.

Между тем, исходя из буквального толкования условий договора, судебная коллегия приходит к выводу о том, что истицей не допущено нарушений условий договора, поскольку отсутствовал отказ совладельца (истца) от вязки животного в указанный заводчиком срок.

Судебная коллегия так же учитывает, что покупатель обязан предоставить животное для вязки до достижения им 4-летнего возраста.

В данном случае животное умерло не достигнув возраста 4 лет, при этом в договоре не содержится условие о взыскании штрафа в связи со смертью животного по вине или без вины покупателя.

Таким образом, оснований для взыскания со С. штрафа в размере 100 000 рублей за нарушение условий договора не имеется.

Поскольку судебная коллегия пришла к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований П., оснований для взыскания расходов на оплату услуг представителя, расходов по уплате государственной пошлины, так как указанные требования производны от основного требования, в удовлетворении которых отказано.

На основании изложенного, решение суда в части удовлетворения встречных исковых требований П. подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении встречных исковых требовании, в остальной части решение суда подлежит оставлению без изменения.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку заключения экспертизы, которое было исследовано судом в установленном законом порядке и оценено в совокупности с другими доказательствами по правилам ст. ст. 67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы истца о незаконности ведения предпринимательской деятельности к существу заявленных требований отношения не имеют, выводов суда не опровергают, поэтому судебной коллегией отклоняются.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия   определила:

 

Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 18 мая 2017 года отменить в части.

В удовлетворении встречных исковых требований П. к С. о взыскании штрафа за нарушение условий договора, взыскании судебных расходов отказать.

В остальной части решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 18 мая 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу С. — без удовлетворения.

 

 

 

 

Оставить комментарий

Вы должны войти на сайт чтобы оставить комментарий.

Powered by WordPress and ThemeMag

Rambler's Top100 Питомец - Топ 1000 Счетчик PR-CY.Rank Всё об экологии в одном месте: Всероссийский Экологический Портал