.

Европейский суд по правам человека. Дело еврейской общины против Франции (ритуальный убой животных).

 

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

 

БОЛЬШАЯ ПАЛАТА

 

ДЕЛО «ЧА’АРЕ ШАЛОМ ВЕ ЦЕДЕК» (CHA’ARE SHALOM VE TSEDEK)

ПРОТИВ ФРАНЦИИ»

(Жалоба N 27417/95)

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

(Страсбург, 27 июня 2000 года)

———————————

<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.

По делу «Ча’аре Шалом Ве Цедек» против Франции» Европейский суд по правам человека, заседая Большой палатой в составе:

Л. Вильдхабера, Председателя Палаты,

Ж.-П. Коста,

Л. Феррари Браво,

Л. Кафлиша,

В. Фюрманна,

К. Юнгвирта,

сэра Николаса Братца,

М. Фишбаха,

Б. Цупанчича,

Н. Ваич,

Дж. Хедигана,

В. Томассен,

М. Цацы-Николовски,

Т. Панцыру,

А.Б. Бака,

Э. Левитса,

К. Трайя, судей,

а также при участии М. де Бур-Букиккио, заместителя Секретаря-Канцлера Суда,

заседая 8 декабря1999 г. и 31 мая2000 г. за закрытыми дверями,

вынес на последнем заседании следующее Постановление:

 

ПРОЦЕДУРА

 

1. Дело было передано в Европейский суд Европейской комиссией по правам человека (далее — Европейская комиссия) 6 марта 1999 г. и властями Франции 30 марта 1999 г. в соответствии с положениями, применимыми до вступления в силу Протокола N 11 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод <*> (пункт 4 статьи 5 Протокола N 11 к Конвенции и бывшие статьи 47 и 48 Конвенции).

———————————

<*> Протокол N 11 к Конвенции вступил в силу 1 ноября1998 г.

 

2. Дело было инициировано жалобой (N 27417/95), поданной 23 мая 1995 г. в Европейскую комиссию по правам человека против Французской Республики Еврейским литургическим объединением «Ча’аре Шалом Ве Цедек» (далее — объединение-заявитель), зарегистрированным в соответствии с законодательством Франции, в соответствии с бывшей статьей 25 Конвенции. Объединение-заявитель утверждало, что отказ властей Франции дать ему разрешение, необходимое для доступа на скотобойню с целью совершения там ритуального убийства животных согласно ультраортодоксальным религиозным предписаниям его членов, составил нарушение статьи 9 Конвенции. Объединение-заявитель также жаловалось на нарушение статьи 14 Конвенции по той причине, что данное разрешение получило только Еврейское консисторское объединение г. Парижа — ЕКОП (Association consistoriale {israelite} <*> de Paris — ACIP), в состав которого входит большинство евреев Франции.

———————————

<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

 

3. 7 апреля 1997 г. Европейская комиссия объявила жалобу приемлемой для рассмотрения по существу. В своем Докладе от 20 октября 1998 г. (бывшая статья 31 Конвенции) Европейская комиссия четырнадцатью голосами против трех выразила мнение, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 14 Конвенции, и пятнадцатью голосами против двух, что в отношении статьи 9 Конвенции, взятой отдельно, не возникает спорных вопросов.

4. Интересы заявителя в Европейском суде представлял Ж. Молинье ({J. Molinie}), адвокат коллегии адвокатов при Государственном совете Франции (Conseil d’Etat) и при Кассационном суде Франции. Власти Франции в Европейском суде были представлены Уполномоченным Франции при Европейском суде по правам человека, директором Правового департамента Министерства иностранных дел Франции Р. Абрахамом (R. Abraham).

5. Своим Решением от 31 марта1999 г. коллегия Большой палаты решила, что дело должно быть рассмотрено Большой палатой (пункт 1 правила 100 Регламента Суда).

6. Власти Франции представили меморандум по делу; объединение-заявитель не представило своего меморандума, но указало, что оно ссылалось на Доклад Европейской комиссии. Кроме того, 15 октября 1999 г. были получены замечания от главного раввина Франции Ж. Шитрука (J. Sitruk) и от ЕКОП, которым Председатель Палаты дал разрешение представить свои письменные замечания по данному делу (пункт 2 статьи 36 Конвенции и пункт 3 правила 61 Регламента Суда).

7. В своем Письме от 27 октября1999 г., поступившем в Секретариат Европейского суда 2 ноября1999 г., руководитель объединения-заявителя раввин Давид Биттон (Rabbi David Bitton) указал, что с момента подачи жалобы в Европейскую комиссию в мае 1995 года он осознал, какие серьезные нарушения организационной структуры еврейской общины могут произойти; и вследствие этого он принял решение об уходе с поста руководителя. Он также заявил, что, поскольку новый руководитель не был избран, он был вправе потребовать полного исключения дела из списка дел, подлежащих рассмотрению в Европейском суде, и об изъятии его из всех судебных разбирательств. 5 ноября1999 г. это письмо было направлено властям Франции и адвокату, которому объединение-заявитель поручило ведение дела в Европейском суде. Д. Биттону было предложено отправить обратной почтой копию протокола собрания исполнительного комитета объединения-заявителя, на котором было принято решение о том, что руководитель уполномочен отзывать дело от имени объединения-заявителя в соответствии с его Уставом.

8. 22 ноября1999 г. адвокат объединения-заявителя направил письмо, в котором указывалось, что Д. Биттон ушел в отставку с должности руководителя объединения в феврале 1999 года, что исполнительный орган объединения-заявителя незамедлительно избрал нового руководителя и что объединение-заявитель никоим образом не намеревалось отзывать свою жалобу.

9. 24 ноября1999 г. Д. Биттон направил с аппарата факсимильной связи из офиса ЕКОП копию протокола собрания исполнительного комитета объединения-заявителя, датированного 15 ноября1999 г. и подтверждающего решение об отзыве жалобы.

10. 26 ноября1999 г. адвокат объединения-заявителя сообщил, что данный протокол являлся поддельным, что заявленное собрание исполнительного комитета объединения от 15 ноября1999 г. никогда не проводилось, а также что генеральный секретарь и казначей, упомянутые в протоколе, неизвестны объединению-заявителю и никогда не являлись его членами. Он также представил копию заявления об увольнении Д. Биттона, датированного 26 февраля1999 г., копию протокола собрания исполнительного органа объединения-заявителя от 2 марта1999 г., на котором был избран новый руководитель — Н. Бетито (N. Betito), а также копию списка присутствовавших на собрании лиц, подписанного их инициалами.

11. Власти Франции регулярно информировались о развитии событий, но не выразили желания их комментировать.

12. 8 декабря1999 г. во Дворце прав человека в г. Страсбурге состоялись открытые слушания по делу.

В Европейский суд явились:

a) от властей Франции:

Ж.-Ф. Добелль (J.-F. Dobelle), заместитель директора Правового департамента Министерства иностранных дел Франции, Уполномоченный Франции при Европейском суде по правам человека,

Д. Уге (D. Houguet), заместитель помощника директора Департамента по правовым и судебным вопросам Министерства внутренних дел Франции, советник,

П. ле Карпентье (P. Le Carpentier), директор Департамента по вопросам религии Министерства внутренних дел Франции, советник,

П. Буссарок (P. Boussaroque), судья административного суда, прикомандированный к отделу по правам человека Правового департамента Министерства иностранных дел Франции, советник,

b) от объединения-заявителя:

Ж. Молинье ({J. Molinie}), адвокат при Государственном Совете Франции и Кассационном суде Франции, советник,

Ф. Молинье ({F. Molinie}), член коллегии адвокатов г. Парижа, консультант.

Европейский суд заслушал обращения Ж. Молинье от объединения-заявителя и Ж.-Ф. Добелля от властей Франции.

 

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

A. Существо дела

1. Ритуальное убийство животных

 

13. Кашрут (Kashrut) — название всех иудейских законов о разрешенных к употреблению продуктах питания и о способах их приготовления. Основные принципы, применимые к кошерной пище, содержатся в Торе (Torah) — священном писании, состоящем из первых пяти книг Библии — Пятикнижия — а именно, Книги Бытия, Исхода, Левита, Чисел и Второзакония.

14. При сотворении мира человек мог употреблять только растительную пищу (Кн. Бытия i, 29). Употребление в пищу мяса было разрешено только после Всемирного потопа (Кн. Бытия ix, 3), и даже тогда при строгом соблюдении определенных условий. Тора категорически запрещает употребление крови, поскольку кровь является средством поддержания жизни, а жизнь не должна поглощаться плотью, но струиться на землю как вода (Второзаконие xii, 23 и 24). Кроме того, некоторые животные считаются нечистыми, и употребление в пищу определенных частей животных также запрещено.

15. Например, из числа четвероногих животных можно употреблять в пищу только жвачных с раздвоенными копытами; поэтому исключаются четвероногие с нераздвоенными копытами, такие, как лошади и верблюды, и нежвачные четвероногие, как свиньи и кролики (Левит xi; Второзаконие xiv). Из числа водоплавающих видов можно потреблять только рыб с плавниками и чешуей, но не ракообразных и не моллюсков. Что касается птиц, разрешено употреблять в пищу только неплотоядных птиц, а именно птиц, питающихся зернами, домашних птиц и некоторые виды дичи. Употребление насекомых и пресмыкающихся категорически запрещено.

16. Тора (Левит vii, 26 и 27; i, 10 — 14) запрещает употребление крови разрешенных к пище млекопитающих и птиц и устанавливает, что убийство животных должно совершаться, «как велел [Всевышний]» (Второзаконие xii, 21). Запрещено употреблять мясо животных, умерших естественным образом либо убитых другими животными (Второзаконие xiv, 21). Также запрещено есть мясо животных, имеющих признаки болезни либо физические недостатки в момент совершения убийства (Числа xi, 22). Мясо и иные продукты разрешенных животных (такие, как молоко, сливки или масло) необходимо употреблять и готовить отдельно, в отдельной посуде и при помощи отдельных кухонных инструментов, поскольку Тора запрещает приготовление детеныша животного в молоке его матери (Исход xxii; Второзаконие xiv, 21).

17. В целях обеспечения соблюдения всех запретов, предусмотренных в Торе, последующие толкователи, сначала передавая устные традиции, а, позже составив всеобъемлющее собрание комментариев — Талмуд (Talmud), установили подробные правила, касающиеся, в частности, разрешенных способов убийства животных.

18. Соблюдение вышеуказанных правил об употреблении в пищу мяса неизбежно требует особой процедуры совершения убийства животного. Поскольку евреям вообще запрещено употреблять кровь, животным, предназначенным для ритуального убийства, после их освящения перерезают горло; а точнее, они должны быть убиты одним ударом очень острого ножа таким образом, чтобы быстрый, чистый и глубокий разрез был осуществлен через трахею, пищевод, сонную артерию и яремную вену, с тем чтобы вышло максимально возможное количество крови. Далее с той же целью — удаление любых остатков крови — мясо необходимо вымочить в воде и засолить. Одни органы, как, например, печень, необходимо поджаривать, чтобы в них не осталось крови. Другие части, такие, как седалищный нерв, кровеносные сосуды либо жировые прослойки, окружающие жизненно важные органы, должны быть удалены.

19. Кроме того, сразу же после убийства животное необходимо осмотреть на наличие каких-либо признаков болезни или аномалий; если возникает хоть малейшее сомнение по этому вопросу, мясо признается непригодным для употребления. Ритуальное убийство — шехита (shechitah) — может совершить только мясник — шохет (shochet), который должен быть человеком богобоязненным, честным, с безупречной духовной чистотой. И, наконец, до выставления мяса на продажу оно должно находиться под наблюдением кашрут-контролера. Религиозные властные структуры постоянно проверяют компетентность и честность лиц, совершающих ритуальное убийство животных, и кашрут-контролеров. Чтобы гарантировать покупателям, что животное, мясо которого они приобретают, было убито в соответствии с предписаниями еврейского права, религиозные власти определяют его как «кошер». Подобная сертификация приводит к взиманию налога, известного как налог на убой скота либо раввинский налог.

20. Во Франции, как и во многих европейских странах, ритуальное убийство животных, требуемое евреями и мусульманами по религиозным соображениям, противоречит принципу, согласно которому животное — объект ритуального убийства — в целях избавления его от боли связывают и оглушают, то есть приводят в бессознательное состояние, в котором это животное находится до самой смерти. Тем не менее, ритуальное убийство разрешено французскими законами и Конвенцией Совета Европы об охране животных, предназначенных на убой (Council of Europe Convention for the Protection of Animals for Slaughter), а также Европейской директивой от 22 декабря 1993 г. (см. ниже «Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика»).

21. Во французском праве ритуальное убийство животных регулируется положениями Декрета N 80-791 от 1 октября1980 г., обнародованного с целью приведения в исполнение статьи 276 Кодекса законов о сельском хозяйстве (Сountryside Code), с внесенными в него поправками Декретом N 81-606 от 18 мая1981 г. Статья 10 Декрета устанавливает:

«Запрещается проведение ритуального убоя животных, кроме как на скотобойне (статья 1 Декрета N 81-606 от 18 мая1989 г.). В соответствии с положениями части 4 настоящей статьи ритуальное убийство животных может быть совершено только мясниками, которые уполномочены на это религиозными образованиями, утвержденными министром сельского хозяйства по предложению министра внутренних дел. Мясники должны, при необходимости, предоставлять документальные доказательства такого разрешения.

Утвержденные образования, указанные в предыдущей части, обязаны предоставлять министру сельского хозяйства сведения об именах уполномоченных лиц, а также тех, в отношении которых подобное разрешение отозвано. В случае если ни одно религиозное образование не было утверждено, префект департамента ({departement}), на территории которого находится скотобойня, используемая для проведения ритуальных убийств животных, может самостоятельно выдавать индивидуальные разрешения».

 

2. Еврейское консисторское объединение г. Парижа

 

22. 1 июля 1982 г. право выдавать разрешения на совершение ритуальных убийств животных получил только Объединенный комитет раввинов (Joint Rabbinical Committee). Этот комитет входит в состав Еврейского консисторского объединения г. Парижа (ЕКОП), которое, в свою очередь, является ответвлением Центральной консистории (Central Consistory) — органа, учрежденного Императорским декретом Наполеона I от 17 марта 1808 г. в целях содействия иудаизму во Франции. После отделения церкви от государства в 1905 году еврейские религиозные братства, насчитывавшие около 700000 верующих, объединились в Еврейские литургические объединения (см. ниже «Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика») под общим руководством в лице Союза еврейских конгрегаций Франции (Union of Jewish Congregations of France), который сохранил название «Центральная консистория».

23. Согласно статье 1 ее Устава целями Центральной консистории являются служение общим интересам иудейской веры, охрана свободы, необходимой для вероисповедания этой религии, защита прав конгрегаций и забота об учреждении, выживании и развитии совместных организаций и служб в интересах дочерних объединений. Кроме этого, она стремится сохранять независимость и достоинство раввинов, обеспечивать постоянство должности главного раввина Франции, поощрять получение сана раввина посредством учреждения Еврейской семинарии Франции, а также гарантировать, выработав общие положения, применяемые ко всем дочерним объединениям, сохранение единства, порядка и послушания при осуществлении богослужения. Она представляет общие интересы иудейской религии во Франции и призвана поддерживать и сохранять духовные узы с Израилем и еврейскими конгрегациями по всему миру.

24. В состав Консистории входят конгрегации, представляющие большинство основных религиозных конфессий в рамках иудаизма, за исключением либеральных иудеев, которые считают, что Тору необходимо толковать в свете современных условий жизни, и ультраортодоксальных иудеев, которые, наоборот, придерживаются строгого толкования Торы.

25. Объединенный комитет раввинов состоит из главного раввина Парижа, избранного от ЕКОП, официальный адрес которого — г. Париж, улица Сент-Жорж (rue Saint-Georges), раввина ортодоксальной конгрегации (улица Павэ (rue {Pavee})), раввина еврейской конгрегации строго соблюдения веры и раввина традиционалистской конгрегации (улица Монтевидео (rue de Montevideo)). Данный комитет уполномочен выдавать разрешения, необходимые для получения карты доступа на скотобойни. Суд раввина, или Бэт Дин (Beth Din), который решает вопросы религиозного права (заключение брака, развод и прощение грехов), следит за соблюдением законов о правильном питании, а также назначает и надзирает за кашрут-мясниками и контролерами, принятыми на службу Консисторией.

26. Поскольку статья 2 Закона 1905 года предусматривает, что Французская Республика не может признавать, выплачивать жалования либо финансировать какую бы то ни было религиозную конфессию (за исключением трех департаментов Нижний Рейн (Bas-Rhin), Верхний Рейн (Haut-Rhin) и Мозель (Moselle), в которых до сих пор действуют положения Соглашения 1801 года (Concordat)); доход от всех литургических объединений Франции, любой конфессии, формируется из пожертвований и подношений их последователей. Согласно заявлению властей Франции, около половины доходов Центральной консистории составляет налог на убой скота, который взимается в размере 8 французских франков за один килограмм проданной говядины.

 

3. Литургическое объединение «Ча’аре Шалом Ве Цедек»

 

27. Об образовании Литургического объединения «Ча’аре Шалом Ве Цедек» с зарегистрированным офисом по адресу: г. Париж, улица Амело (rue Amelot), было объявлено 16 июня1986 г. Согласно его Уставу целями объединения-заявителя являлись «организация, предоставление субсидий, поощрение, возрождение, оказание помощи, развитие и финансирование иудейского богослужения во Франции, а также любой иной связанной с ним деятельности религиозного характера, которая может прямо либо косвенно поспособствовать достижению его целей». Кроме того, «данное объединение стремится к согласованию духовных действий других еврейских литургических объединений, и особенно тех, которые направлены на поощрение соблюдения законов кашрута. Оно оказывает содействие в формировании и развитии любого рода социальной, образовательной, культурной и духовной деятельности, насколько позволят его средства, а также оказывать моральную и финансовую поддержку входящим в состав конгрегации малоимущим семьям либо временно находящимся в тяжелой жизненной ситуации».

28. В настоящий период времени объединение «Ча’аре Шалом Ве Цедек» насчитывает 600 зарегистрированных членов и около 40000 последователей, некоторые из которых владеют в общей сложности 20 мясными лавками, девятью ресторанами и пятью фирмами-поставщиками, и это только в парижском регионе. Кроме того, данное объединение имеет в парижском регионе, в г. Лионе (Lyons) и г. Марселе (Marseilles) более 80 магазинов, специализирующихся на продаже свежезамороженных продуктов питания.

29. Данное объединение издает еврейские календари, имеет в собственности коллель (Kollel) — учебный центр для молодых раввинов, два центра по изучению Торы, а также две синагоги, находящиеся в г. Париже и г. Сарселле (Sarcelles). Руководство ими осуществляет комитет раввинов, юрисдикция которого распространяется исключительно на религиозные дела и который состоит из главного раввина, раввинов, выдающихся членов конгрегации, а также кашрут-мясников и кашрут-контролеров.

30. Первоначально объединение-заявитель действовало как движение меньшинства, отколовшееся от Еврейской центральной консистории г. Парижа. Его члены в своей религии придерживаются наиболее строгих ортодоксальных взглядов. В частности, объединение-заявитель выражало желание проводить ритуальное убийство животных согласно правилам, более строгим, чем те, которым следовали кашрут-мясники, уполномоченные Центральной консисторией г. Парижа, в отношении вопросов осмотра животных на наличие у них каких-либо признаков болезни или аномалий.

31. Изложенные в Левите предписания, касающиеся кошерного мяса, были объединены в сборнике под названием «Накрытый стол» (Shulchan Aruch), составленном раввином Йозефом Каро (Rabbi Yosef Caro) (1488 — 1575 гг.) и устанавливающем очень строгие правила. Тем не менее, позже некоторые толкователи признали менее жесткие правила, и, в частности, в отношении осмотра легких забитых животных. Однако ряд ортодоксальных евреев, в особенности тех, которые принадлежали к сефардским конгрегациям, появившиеся первоначально в Северной Африке, включая членов объединения-заявителя, пожелали употреблять в пищу мясо животных, убитых в соответствии с наиболее строгими требованиями «Накрытого стола». На идише такому сорту мяса соответствует слово «glatt», что означает «чистый».

32. Чтобы мясо можно было классифицировать как «чистое», забитое животное не должно быть «нечистым», то есть иными словами, оно не должно иметь ни малейшего признака прежних заболеваний, и особенно в его легких. В частности, между плеврой и легким не должно быть ни единой волокнистой спайки. Данное требование чистоты касается, прежде всего, взрослых особей овец и крупного рогатого скота, которые с большей вероятностью в тот или иной период своей жизни могут перенести какую-либо болезнь. Однако, по словам объединения-заявителя, мясники, совершающие ритуальные убийства животных под надзором Бэт Дина, раввинского суда ЕКОП — единственного органа, одобренного Министерством сельского хозяйства Франции 1 июля1982 г., — в настоящее время уже не проводят тщательного осмотра легких животного и менее требовательны к чистоте и отсутствию волокон, поэтому объединение-заявитель утверждало, что мясники, продающие мясо, сертифицированное Центральной консисторией как кошерное, на самом деле продают мясо, которое члены объединения считали «нечистым» и, следовательно, непригодным для употребления в пищу.

33. Объединение-заявитель утверждало, что, в результате, чтобы обеспечить своих приверженцев «чистым» кошерным мясом, оно было вынуждено прибегать к незаконному убою животных и к осуществлению поставок мяса из Бельгии.

34. Со своей стороны власти Франции представили свидетельство главного раввина Франции о существовании мясных лавок, находящихся под надзором Консистории, в которых члены объединения «Ча’аре Шалом Ве Цедек» могли приобрести «чистое» мясо. Кроме того, согласно данным, предоставленным властями Франции, в 1993 году объединение-заявитель, насчитывающее девять сотрудников, в том числе шесть мясников, совершающих ритуальные убийства животных, несмотря на отказ в выдаче им разрешения для проведения ритуальных убийств, имело товарооборот на общую сумму в 4900000 французских франков; и более 3800000 французских франков из этой суммы были получены от налога на убой скота. В 1994 году товарооборот составил 4600000 французских франков, из которых 3700000 французских франков в виде налога на убой скота. А в 1995 году доход от налога на убой скота составлял более 4000000 французских франков. Налог, взимаемый объединением-заявителем за ритуальное убийство скота, составлял 4 французских франка за каждый килограмм проданного кошерного мяса.

 

B. Судебные разбирательства, которые привели

к подаче жалобы

1. Первая группа судебных разбирательств

 

35. С 1984 по 1985 год, в период, когда объединение-заявитель было зарегистрировано в качестве культурной (а не литургической) организации, оно сертифицировало мясо, продаваемое в мясных лавках его членов, как «чистое» кошерное. Это мясо являлось либо мясом, импортированным из Бельгии, либо мясом животных, убитых во Франции в соответствии с религиозными предписаниями объединения, и, следовательно, при отсутствии необходимого разрешения, выданного парижским Бэт Дин. ЕКОП подала гражданский иск к объединению, утверждая, что оно представляло вводящее в заблуждение описание товаров, предназначенных для продажи, поскольку обманным путем относило продаваемое мясо к кошерному.

Тем не менее, своим Постановлением от 1 октября1987 г., впоследствии оставленным без изменения Кассационным судом Франции, апелляционный суд г. Парижа отклонил иск, поданный ЕКОП, на том основании, что Закон 1905 года об отделении церкви от государства не давал судам права выносить решения по вопросу, уполномочено ли литургическое объединение, как объединение-заявитель, давать гарантию того, что мясо, выставленное на продажу, являлось кошерным; при этом апелляционный суд отметил, что тот факт, что объединение-заявитель выполняло все жесткие требования, касавшиеся ритуального убийства животных и контроля над ним, не оспаривался.

 

2. Вторая группа судебных разбирательств

 

36. 11 февраля1987 г. объединение-заявитель обратилось к министру внутренних дел с просьбой о выступлении с предложением, имеющим целью получение разрешения на проведение ритуального убийства животных. Решением от 7 мая1987 г. обращение было отклонено на том основании, что объединение было недостаточно представлено членами еврейской общины Франции, а также что оно не являлось религиозной организацией по смыслу части IV Закона об отделении церкви от государства от 9 декабря1905 г.

37. Объединение-заявитель подало жалобу в административный суд г. Парижа на такой отказ, ссылаясь на нарушение свободы вероисповедания, гарантированной статьей 1 Закона об отделении церкви от государства от 9 декабря 1905 г., а также статьей 9 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

38. Решением от 28 июня1989 г. административный суд г. Парижа отклонил жалобу объединения-заявителя по следующим основаниям:

«/…/

В качестве оснований, приведенных в отношении оспоренного Решения, были указаны те факты, что объединение было недостаточно представлено членами еврейской общины Франции, а также что данное объединение не являлось религиозной организацией по смыслу части IV Закона об отделении церкви от государства от 9 декабря1905 г. При вынесении данного Решения министр внутренних дел отказался признать, что объединение выступало в качестве религиозной организации, действующей в рамках вышеуказанных положений.

Хотя статья 1 Устава объединения-заявителя и характеризовала его как литургическое объединение, действующее на основе положений Закона от 9 декабря1905 г., … [объединение-заявитель] не представило доказательств того, что оно само финансирует исповедание иудейской веры либо является ответвлением объединения, которое осуществляет такое финансирование, а также участие общественности в отправлении религиозных обрядов этой веры. Тот факт, что оно предлагает кошерное мясо для продажи более чем в 20 мясных лавках, торгующих в розницу, и в 80 магазинах, специализирующихся на продаже свежезамороженных продуктов питания, является недостаточным для того, чтобы назвать объединение религиозным объединением, предложение о чем министр внутренних дел сможет передать министру сельского хозяйства для утверждения…

Таким образом, министр внутренних дел мог принять оспариваемое Решение, не совершая никакой ошибки в фактах либо в праве либо явной ошибки оценки, равно как не нарушая свободу вероисповедания, поскольку он в интересах государственной политики и при соблюдении вышеуказанных положений проверил статус организации-заявителя, но не более.

Наконец, не установлен факт того, что Решение министра было принято на основаниях, которые никоим образом не касались нужд государственной политики, а также что оно было вызвано желанием сохранить преимущество утверждения за единственной религиозной организацией, которая его и получила…».

39. Объединение-заявитель обратилось в Государственный Совет (Conseil d’Etat) Франции с жалобой на данное Постановление суда. Своим Постановлением от 25 ноября1994 г. Государственный Совет отклонил жалобу на следующих основаниях:

«/…/

Документы настоящего дела не устанавливают, что Еврейское литургическое объединение «Ча’аре Шалом Ве Цедек», не отправлявшее никаких религиозных обрядов и не проводившее никаких учений, являлось в силу своей деятельности «религиозной организацией» в соответствии со статьей 10… Декрета от 1 октября1980 г. Вследствие чего, отказавшись предложить его на утверждение министру сельского хозяйства, министр внутренних дел не совершил никакой ошибки в праве и предоставил достаточные основания для принятия своего Решения.

[И, наконец,] министр внутренних дел, принимая оспариваемое Решение, действовал исключительно в рамках полномочий, предоставленных ему вышеуказанными положениями, с целью обеспечить, чтобы ритуальное убийство животных проводилось при соблюдении условий, не противоречащих требованиям государственной политики, принципам общественной гигиены и соблюдению общественных свобод. Таким образом, объединение-заявитель не может обоснованно утверждать, что министр вмешался в деятельность религиозной организации либо нарушил свободу вероисповедания, гарантированную, в частности, Всеобщей декларацией прав человека и Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод…».

 

3. Третья группа судебных разбирательств

 

40. Одновременно с подачей 11 февраля1987 г. своей жалобы о признании его религиозной организацией, в тот же день объединение-заявитель направило префекту департамента Де-Севр ({Deux-Sevres}) ходатайство от имени трех мясников, совершающих ритуальное убийство животных, которые являлись членами данного объединения и получили от него разрешение на проведение ритуального убийства скота на предприятиях в пределах этого департамента.

41. Решением от 29 апреля1987 г. префект отклонил ходатайство на том основании, что часть 3 статьи 10 Декрета N 80-791 от 1 октября1980 г. предоставляла префектам право выдавать разрешения индивидуальным мясникам только в случае, если ни одна религиозная организация не была утверждена для этого, а также на основании того очевидного факта, что Объединенный комитет раввинов по вопросам ритуального убийства животных (Joint Rabbinical Ritual Slaughter Committee) уже был должным образом утвержден.

42. Объединение-заявитель подало в административный суд г. Пуатье (Poitiers) жалобу на данное Решение префекта.

43. Своим Постановлением от 10 октября1990 г. административный суд г. Пуатье отклонил жалобу на Решение префекта по следующим основаниям:

«/…/

Согласно доказательствам, представленным суду на рассмотрение, и это не оспаривалось сторонами, министр сельского хозяйства своим Решением от 1 июля 1982 г., принятым в соответствии с частью 2 статьи 10 вышеуказанного Декрета от 1 октября 1980 г., утвердил Объединенный комитет раввинов в качестве органа, уполномоченного назначать мясников с предоставлением им права проводить ритуальный убой скота способами, предписанными еврейской религией. Подобное одобрение министра запрещало префектам выдавать индивидуальные разрешения в соответствии с частью 4 статьи 10, дающие право лицам либо организациям, исповедующим данную религию, совершать ритуальные убийства животных. Очевиден тот факт, особенно в контексте статьи 2 Устава объединения, что культурное объединение «Ча’аре Шалом Ве Цедек» заявляет о своей приверженности к еврейской религии. Поэтому, несмотря на то, что объединение и отказывается, как представляется, признавать полномочия Объединенного комитета раввинов по религиозным соображениям, поданное им индивидуальное ходатайство о возможности ограничения, позволяющего ему проводить ритуальный убой скота на скотобойне в департаменте Де-Севр, подлежит обязательному отклонению. Таким образом, когда префект департамента Де-Севр, отказывая в удовлетворении ходатайства 29 апреля 1987 г., применил эти правовые нормы, как и должен был поступить, не вникая в суть внутренних разногласий иудейской веры, он не нарушил принцип равенства при применении административных норм, принцип свободы вероисповедания, предусмотренный Законом об отделении церкви от государства от 9 декабря 1905 г., а также свободу совести и религии, провозглашенную… в статье 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод».

44. Своим Постановлением от 25 ноября1994 г. Государственный Совет Франции оставил без изменения указанное выше Постановление по жалобе, приводя следующие основания:

«Положения… части 3 статьи 10 Декрета от 1 октября1980 г. предоставляют префектам право выдавать разрешения мясникам, совершающим ритуальное убийство животных, только в случае, если ни одна религиозная организация не утверждена в соответствии с частью 1 этой же статьи. Очевидно, что Объединенный комитет раввинов по вопросам ритуального убийства животных получил соответствующее разрешение. Таким образом, префект департамента Де-Севр был обязан отклонить ходатайство объединения-заявителя, что он и сделал».

 

II. Применимое национальное законодательство

и правоприменительная практика

A. Национальное законодательство

 

45. Статья 2 Конституции Франции 1958 года гласит:

«Франция является светской республикой. Она обеспечивает равенство перед законом всем своим гражданам, независимо от происхождения, расы или религии. Она уважает все верования».

46. Положения Закона об отделении церкви от государства от 9 декабря1905 г. <*> в части, применимой к настоящему делу, устанавливают следующее:

———————————

<*> В редакции, действовавшей на момент рассмотрения дела.

 

Статья 1

«Французская Республика обеспечивает свободу вероисповедания. Она гарантирует свободное участие всех в публичном отправлении религиозных обрядов, за исключением предусмотренных ниже ограничений в интересах общественного порядка».

Статья 2

«Республика не признает, не выплачивает жалование и не финансирует ни одну религиозную конфессию. Таким образом, начиная с 1 января следующего за обнародованием настоящего Закона года все расходы, связанные с участием в отправлении обрядов, исключаются из государственного бюджета, бюджетов департаментов и коммун. Тем не менее, в эти бюджеты могут включаться расходы, отчисляемые на службы, проводимые священником, в целях обеспечения свободы вероисповедания в государственных учреждениях, таких как средние школы для старших и младших классов, начальные школы, больницы для безнадежно больных и больницы для душевно больных, тюрьмы…».

Статья 18

«Объединения, созданные для покрытия расходов, связанных с религиозной конфессией, для обеспечения ее будущего существования либо для поощрения участия в публичном отправлении религиозных обрядов, учреждаются в соответствии со статьей 5 и последующими статьями части 1 Закона от 1 июля1901 г. Кроме того, они должны подпадать под регулирование положений настоящего Закона».

Статья 19

«Такие объединения должны преследовать единственную цель — участие в отправлении религиозных обрядов, и должны состоять, по меньшей мере,

— из семи лиц в коммунах с населением менее 1000 человек;

— из пятнадцати лиц в коммунах с населением от 1000 до 20000 человек;

— из 25 совершеннолетних лиц, постоянно или временно проживающих в религиозных округах на территории коммуны с населением более 20000 человек;

/…/

Объединения могут получать дополнительные денежные поступления, предусмотренные статьей 6 Закона от 1 июля1901 г., и доходы со сборов, установленных для покрытия расходов данной конфессии, они также вправе взимать платежи с: проведения религиозных обрядов и церковных служб, даже в форме пожертвований; аренды скамей и стульев; предоставления предметов, необходимых для проведения панихид в религиозных учреждениях, а также для украшения таких зданий…

В соответствии с условиями, предусмотренными статьями 7 и 8 Закона от 4 февраля1901 г. / 8 июля1941 г., относительно административного контроля за денежными пожертвованиями и дарениями, оставленными в наследство, литургические объединения вправе получать дарения по завещательному отказу и денежные пожертвования inter vivos, предназначенные для оказания им содействия в достижении своих целей либо для реализации своих обязательств в качестве религиозной или литургической организации…

Они не могут ни в какой форме получать субсидии от государства, департаментов либо коммун. Суммы, выделяемые на ремонт зданий, используемых для отправления религиозных обрядов, не считаются субсидиями вне зависимости от того, отнесены ли данные здания к историческим памятникам».

Статья 20

«Такие объединения имеют право создавать в формах, предусмотренных статьей 7 Закона от 16 августа1901 г., союзы с центральным административным либо руководящим органом…».

47. Статья 276 Кодекса законов о сельском хозяйстве гласит:

«Жестокое обращение с домашними либо дикими животными, прирученными либо пойманными, является правонарушением».

48. Соответствующие положения Декрета N 80-791 от 1 октября1980 г., принятого в целях введения в действие статьи 276 Кодекса законов о сельском хозяйстве, предусматривают следующее:

Статья 7

«Положения приведенных ниже статей 8 и 9 применяются в помещениях, предназначенных для убоя крупного рогатого скота, овец, коз, свиней, лошадей, домашних птиц, домашних кроликов и дичи».

Статья 8

«Перед убоем все животные подлежат связыванию. В случае проведения ритуального убийства животных необходимо связывать до того, как горло животного будет перерезано.

Методы связывания животных должны быть разработаны и применены таким образом, чтобы избежать причинения любых ненужных страданий, возбуждений и травм животному. Нельзя затягивать недоуздок при помощи скручиваемых палок.

Запрещается подвешивать животных перед тем, как их оглушат либо, в случае ритуального убийства, перед тем, как их горло будет перерезано.

Положения настоящей статьи не применяются при убийстве домашних птиц, домашних кроликов и мелкой дичи, так как эти животные должны быть оглушены после подвешивания».

Статья 9

«Оглушение, то есть разрешенный способ, который незамедлительно приводит животного в бессознательное состояние, является обязательным до совершения убийства животного, кроме следующих случаев:

/…/

4. ритуальное убийство животных».

Статья 10

«Запрещается проводить ритуальный убой животных, кроме как на скотобойне (статья 1 Декрета N 81-606 от 18 мая1989 г.). В соответствии с положениями части 4 настоящей статьи ритуальное убийство животных может быть совершено только мясниками, которые уполномочены на это религиозными образованиями, утвержденными министром сельского хозяйства по предложению министра внутренних дел. Мясники должны при необходимости предоставлять документальные доказательства такого разрешения.

Утвержденные образования, указанные в предыдущей части, обязаны предоставлять министру сельского хозяйства сведения об именах уполномоченных лиц, а также лиц, в отношении которых подобное разрешение было отозвано.

В случае если ни одно религиозное образование не было утверждено, префект департамента, на территории которого находится скотобойня, используемая для проведения ритуальных убийств животных, может самостоятельно выдавать индивидуальные разрешения по запросу заинтересованных лиц».

 

B. Международное законодательство

1. Совет Европы

 

49. Европейская конвенция о защите животных, предназначенных на убой, от 10 мая1979 г., inter alia, предусматривает:

Статья 1

«1. Настоящая Конвенция применяется в отношении перемещения, оглушения и убоя домашних однокопытных жвачных животных, свиней, кроликов и домашней птицы.

…».

Статья 12

«В случаях необходимости животных связывают непосредственно перед убоем и, за исключением случаев, предусмотренных статьей 17, оглушают надлежащим способом».

Статья 13

«В случае проведения ритуального убийства крупного рогатого скота животные должны быть связаны до осуществления убоя при помощи технических средств, разработанных в целях избавления их от любой боли, страданий, волнений, травм или ушибов».

Статья 17

«Каждая Договаривающаяся Сторона вправе предусматривать ограничения в отношении положений, касающихся предварительного оглушения животных в следующих случаях:

— убой животных в соответствии с религиозными обрядами;

/…/».

Статья 18

«1. Каждая Договаривающаяся Сторона должна удостовериться в квалификации лиц, профессионально занимающихся связыванием, оглушением и убоем животных.

2. Каждая Договаривающаяся Сторона обеспечивает, чтобы инструменты, приспособления либо оборудование, необходимые для связывания и оглушения животных, соответствовали требованиям настоящей Конвенции».

Статья 19

«Каждая Договаривающаяся Сторона, разрешая проводить убой скота в соответствии с религиозными обрядами, в случае если сама не выдает необходимое разрешение, обеспечивает, чтобы лица, совершающие ритуальные убийства животных, были должным образом уполномочены на это соответствующими религиозными образованиями».

50. Рекомендация Комитета министров Совета Европы N R(91)7 государствам-участникам по вопросам убоя животных (принята Комитетом министров 17 июня1991 г. на 460-м заседании на уровне представителей министров) содержит следующие положения:

«/…/

Рекомендует властям государств-участников:

/…/

vii. в случае если они разрешают проведение убоя скота в соответствии с религиозными обрядами без предварительного оглушения животного, принимать все возможные меры для охраны благосостояния такого животного, обеспечивая, чтобы данное убийство животных осуществлялось на соответствующих скотобойнях специально обученными работниками, соблюдающими, по возможности, положения Кодекса поведения.

/…/».

 

2. Европейский Союз

 

51. Европейская директива от 18 ноября1974 г. об оглушении животных перед убоем (European Directive on stunning of animals before slaughter), inter alia, устанавливает:

«Принимая во внимание… необходимо обобщить практику по оглушению животных надлежащими общепризнанными способами;

Тем не менее, необходимо также учесть особые требования определенных религиозных обрядов;

/…/».

Статья 4 Директивы гласит:

«Настоящая Директива не затрагивает положения национального законодательства относительно специальных методов осуществления убоя животных, необходимых для проведения определенных религиозных обрядов».

52. Европейская директива от 22 декабря1993 г. об охране животных в период убоя либо убийства животных (European Directive on the protection of animals at the time of slaughter or killing), inter alia, предусматривает следующее:

«Не допускается причинение какой-либо боли или страданий животным в период их убоя либо убийства животных;

Тем не менее, необходимо также учесть особые требования определенных религиозных обрядов;

/…/».

 

C. Судебная практика

 

53. В своем Постановлении от 2 мая1973 г. (по делу Литургического объединения североафриканских евреев г. Парижа (Association cultuelle des {israelites} nord-africains de Paris), Rec. p. 312) Государственный Совет Франции установил:

«… Устанавливая требования о том, чтобы ритуальные убийства животных, осуществляемые в соответствии с условиями, исключаемыми из положений обычного права, совершались только мясниками, уполномоченными религиозными образованиями, утвержденными, в свою очередь, министром сельского хозяйства по предложению министра внутренних дел, Премьер-министр никоим образом не вмешивался в сферу деятельности религиозных образований, равно как не нарушал свободу вероисповедания, а принимал меры, необходимые для осуществления данной свободы в форме, отвечающей интересам государственной политики…».

 

ПРАВО

I. Предварительный вопрос

 

54. В соответствии с положениями подпункта «a» пункта 1 статьи 37 Конвенции Европейский суд может на любой стадии разбирательства принять решение о прекращении производства по делу, если обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что заявитель более не намерен добиваться рассмотрения своей жалобы.

55. В данном деле руководитель объединения-заявителя раввин Давид Биттон в своем Письме от 27 октября 1999 г. сообщил Европейскому суду о своем желании отозвать жалобу. Тем не менее, адвокат объединения-заявителя оспорил законность подобного отзыва жалобы и заявил, основываясь на письменных доказательствах, что Д. Биттон покинул пост руководителя объединения 26 февраля 1999 г., а уже 2 марта 1999 г. решением руководящего органа объединения был избран новый руководитель; проведенное 10 марта 1999 г. внеочередное общее собрание одобрило данное решение (см. выше § 7 — 11).

56. 8 декабря1999 г. в ходе слушаний по данному делу власти Франции представили предварительное замечание относительно того, что решение о законности отзыва Д. Биттона, заявленного в последнюю минуту, должен принимать Европейский суд. Они отметили, что, в случае признания отзыва законным, не будут возражать, если Европейский суд удовлетворит его ходатайство. Кроме того, власти Франции представили в Европейский суд копию Письма объединения-заявителя от 24 ноября1999 г., в котором оно сообщало органам полиции г. Парижа, что после проведения 23 сентября1999 г. собрания исполнительного комитета, объединение приняло решение о внесении изменений в свой Устав, в частности, в отношении ее официального адреса и состава исполнительного комитета.

57. При отсутствии прямо выраженной просьбы властей Франции о прекращении Европейским судом производства по данному делу, Европейский суд не счел необходимым рассматривать по своему собственному желанию вопрос, являющийся предметом национального законодательства, касательно того, может ли новый руководитель, избранный в марте 1999 года, на законных основаниях действовать от имени объединения-заявителя, поскольку, исходя из письменных доказательств, представленных адвокатом объединения-заявителя, Европейский суд счел установленным тот факт, что объединение-заявитель намерено добиваться рассмотрения своей жалобы. Таким образом, Европейский суд не усмотрел причин прекращать производство по данному делу.

 

II. Предполагаемое нарушение статьи 9 Конвенции, взятой

отдельно и в совокупности со статьей 14 Конвенции

 

58. Объединение-заявитель, чьи доводы были подтверждены Европейской комиссией, утверждало, что власти Франции нарушили дискриминирующим образом его право исповедовать свою религию посредством совершения обрядов иудейской религии вследствие отказа властей дать ему разрешение, необходимое для назначения своих собственных мясников для проведения ритуального убоя скота в соответствии с религиозными предписаниями ее членов, а также вследствие дачи подобного разрешения только ЕКОП. Объединение-заявитель основывало свои доводы на статье 9 Конвенции, взятой отдельно и в совокупности со статьей 14 Конвенции.

59. Статья 9 Конвенции гласит:

«1. Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как индивидуально, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в богослужении, обучении, отправлении религиозных и культовых обрядов.

2. Свобода исповедовать свою религию или убеждения подлежит лишь тем ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, для охраны общественного порядка, здоровья или нравственности или для защиты прав и свобод других лиц».

Статья 14 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:

«Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку… религии…».

60. Согласно утверждениям объединения-заявителя, условия для совершения ритуального убийства животных, осуществляемого в настоящее время мясниками, уполномоченными ЕКОП, которым власти Франции в 1982 году предоставили исключительное право исполнения еврейского ритуального убийства животных, более не отвечают самым строгим требованиям иудаизма, предусмотренным в Книге Левита и кодифицированным в «Накрытом столе». Поскольку мясники ЕКОП, совершающие ритуальное убийство животных, не проводили более тщательный осмотр легких убитого крупного рогатого скота либо овец, мясо животных, убитых в подобных условиях, по мнению последователей ультраортодоксальной веры, каковыми являются евреи данного объединения, нельзя считать абсолютно «чистым» с религиозной точки зрения. Однако евреи, входившие в состав объединения-заявителя, отстаивали право не употреблять в пищу мясо в случае, если они не уверены — в связи с тем, что оно не являлось мясом убитых животных и, прежде всего, не было осмотрено их собственными мясниками — в том, что это мясо не было абсолютно «чистым». Как утверждало объединение-заявитель, вследствие этого налицо явное вмешательство в его право исповедовать свою религию посредством проведения обрядов ритуального убийства животных.

61. Объединение-заявитель утверждало, что отказ выдать ему разрешение не может быть обоснован ни на одной из законных целей, указанных в пункте 2 статьи 9 Конвенции, а также что данный отказ являлся несоразмерным и дискриминирующим в контексте статьи 14 Конвенции. Объединение-заявитель подчеркнуло, что не оспаривался факт того, что нанятые им мясники, совершающие ритуальное убийство, также внимательно, как и мясники ЕКОП, соблюдали правила гигиены, применяемые на скотобойнях, а поэтому власти Франции не могли обоснованно утверждать, что отказ утвердить объединение преследовал законную цель «охраны общественного здоровья».

62. Кроме того, объединение-заявитель утверждало, что действительно являлось «религиозным образованием» согласно Декрету 1980 года, регулирующему ритуальное убийство животных, точно таким же, как ЕКОП, поскольку они оба являлись литургическими объединениями по смыслу Закона об отделении церкви от государства 1905 года. Единственная разница заключалась в относительном размере этих объединений, так как в ЕКОП входило большинство евреев различных направлений иудаизма Франции, а его ежегодный доход составлял около 140000000 французских франков, тогда как объединение-заявитель насчитывало только около 40000 членов, все из которых придерживались ультраортодоксального направления веры, с бюджетом в 4 — 5 миллионов французских франков. Несмотря на то, что властям может показаться законным стремление устанавливать особенно тесные связи с наиболее представительными профсоюзами, политическими партиями или даже религиозными объединениями, тем не менее, истинным остается тот факт, что власти, и, прежде всего в светском государстве, как во Франции, обязаны уважать права меньшинств. В связи с этим объединение-заявитель подчеркнуло, что власти Франции были очень щедры, давая разрешения на ритуальные убийства, совершаемые мусульманами, сначала Главной мечети г. Парижа, а позже мечетям г. Лиона и г. Эври (Evry), без опасения, что количество подобных разрешений в том или ином виде создаст угрозу общественному порядку либо общественному здоровью.

63. И, наконец, объединение-заявитель утверждало, что тот факт, что оно, чтобы быть в состоянии оплачивать труд мясников, осуществляющих ритуальный убой скота, взимало налог на убой скота равный 4 французским франкам за килограмм мяса, выставленного как «чистое» кошерное мясо в мясных лавках, не был никоим образом связан с вопросом о строгом соблюдении религиозных предписаний о проведении ритуального убийства животных, в отношении которого оно добивалось разрешения. Объединение-заявитель, кроме того, утверждало, что ЕКОП также взимало налог на убой скота в 8 французских франков за килограмм проданного мяса и что доход от данного налога составлял около половины всех средств ЕКОП.

64. Власти Франции не оспаривали факт того, что еврейские запреты и предписания относительно питания являлись неотъемлемой частью исповедания иудаизма его последователями, но заявили, что хотя религиозные нормы и предписывают определенные особенности питания евреям, они никоим образом не требуют от них непосредственного участия в ритуальных убийствах животных, которых они употребляют в пищу. Поэтому отказ дать разрешение мог повлиять на религиозные обычаи евреев только, если для них представлялось невозможным, вследствие этого отказа, признать, что мясо отвечало религиозным предписаниям, которым они желали следовать.

65. Тем не менее, эти заявления не являлись позицией властей Франции по данному делу, поскольку документы по делу ясно показывали, что некоторые мясные лавки продавали мясо, сертифицированное как «чистое» кошерное мясо со скотобоен, контролируемых ЕКОП, что магазины объединения-заявителя, осуществлявшие часть своих поставок из Бельгии, тоже продавали подобное мясо и что ничто не помешало бы объединению-заявителю заключить соглашение с ЕКОП для того, чтобы убой животных совершался их собственными мясниками и в соответствии с определенными им методами под прикрытием разрешения, выданного ЕКОП. В связи с этим власти Франции ссылались на соглашения, заключенные ЕКОП с другими ортодоксальными конгрегациями, такими, как движение Любавич (Lubavitch) или конгрегация улицы Павэ.

66. Общеизвестно, что объединение-заявитель отрицало, что мясо со скотобоен ЕКОП было действительно «чистым», осуждая несоответствие требованиям осмотра легких убитых животных, проводимого мясниками ЕКОП, однако власти Франции отметили, что, утверждая это, объединение-заявитель ставило под вопрос решения законных и независимых властей, олицетворявших религию, которую оно исповедовало. Власти Франции подчеркнули, что им, связанным в своих действиях, поскольку они были обязаны соблюдать принципы светского характера государства, не предстало вмешиваться в прения по поводу вероучений, но отметили, что неоспоримым остается факт того, что главный раввин Франции, мнение которого по этому вопросу было основано на заповедях Бэт Дина (раввинского суда), был достаточно компетентен, чтобы заявлять, что соответствует еврейским обрядам, а что нет.

67. Власти Франции утверждали, что, в конечном счете, вмешательство в право на свободу вероисповедания не имело места, поскольку в данном деле единственное воздействие отказа в разрешении, выданном объединению-заявителю, заключалось в лишении евреев возможности, с учетом мяса одинакового качества, выбирать мясо животных, убитых мясниками объединения-заявителя, которое отличалось от мяса, выставленного на продажу ЕКОП, только по цене, так как налог на убой скота, установленный объединением-заявителем, был вдвое ниже налога, взимаемого ЕКОП. По мнению властей Франции, эта свобода выбора являлась исключительно экономической, а не религиозной. Эти заявления были подтверждены тем фактом, что согласно сведениям ЕКОП объединение-заявитель однажды пыталось получить от ЕКОП некоторого рода делегированное полномочие, позволяющее ему самостоятельно проводить ритуальный убой скота под прикрытием выданного ЕКОП разрешения, но эта попытка ни к чему не привела в связи с отсутствием соглашения относительно урегулирования финансовой стороны договора.

68. Даже допуская факт вмешательства в право объединения-заявителя исповедовать свою религию, власти Франции утверждали, что подобное вмешательство было предусмотрено положениями закона, а именно Декретом 1980 года, регулирующим деятельность скотобоен, и, кроме того, преследовало законную цель по охране порядка и общественного здоровья. В связи с этим власти Франции заявили, что ритуальное убийство животных явно отменяло принципы, на которых основаны национальные и международные правовые нормы в отношении защиты животных и общественной гигиены. Действующее писаное право запрещало жестокое обращение с животными и требовало оглушать их перед убийством с целью избавления их от любых страданий. Подобным образом, из соображений здоровья убой животных должен был проводиться на скотобойнях, а в случае ритуального убийства — еще и мясниками, надлежаще уполномоченными соответствующими религиозными образованиями в целях предотвращения использования свободы вероисповедания, ведущего к действиям, противоречащим основным принципам соблюдения правил гигиены и общественного здоровья. Таким образом, ритуальное убийство могло быть разрешено только путем радикальной отмены части правовых норм.

69. Что касается причин, которые привели к отказу властей Франции дать разрешение объединению-заявителю, они назвали два фактора, которые подпадают под сферу регулирования, предоставленную Договаривающимся Сторонам Конвенцией. Во-первых, министр внутренних дел придерживался мнения, что деятельность объединения-заявителя имела преимущественно коммерческий характер, а религиозный только как дополнительный, поскольку оно, главным образом, стремилось осуществлять поставки «чистого» мяса животных, убитых мясниками в ходе совершения ритуального убийства, и поэтому его нельзя считать «религиозным образованием» по смыслу Декрета 1980 года.

Во-вторых, в расчет была принята немногочисленная поддержка объединения-заявителя, составлявшая около 40000 последователей, что несопоставимо с численностью ЕКОП в 700000 сторонников. Ввиду исключительного характера практики, связанной с ритуальными убийствами животных, отказ дать разрешение, таким образом, был необходим, чтобы избежать роста числа утвержденных религиозных образований, которые, несомненно, появились бы, если бы планка гарантий, обязательных для предоставления объединением, желающим получить разрешение, была слишком низкой.

70. И, наконец, власти Франции утверждали, что недискриминационный подход, предусмотренный статьей 14 Конвенции, также не был нарушен. Во-первых, объединение-заявитель и ЕКОП вследствие их соответствующих форм деятельности и численной поддержки не находились в одинаковых условиях; во-вторых, даже допуская возможность разного к ним отношения, это разное отношение являлось выражением соразмерной связи между преследуемой целью и используемыми средствами. В связи с этим власти Франции вновь подчеркнули, что последствия отказа в выдаче разрешения были очень незначительными для приверженцев объединения-заявителя, и даже несуществующими, принимая во внимание тот факт, что убой скота не воздействовал непосредственно на их свободу вероисповедания.

71. Что касается завуалированного осуждения того, что монопольное право на осуществление ритуального убийства животных было предоставлено в 1982 году ЕКОП и не без выгоды для органов государственной власти, власти Франции отметили, что ЕКОП, ответвление Центральной консистории, которое отправляло религиозные обряды еврейской веры во Франции уже два столетия, действительно выступало в качестве законного делового партнера, будучи главной организацией практически для всех еврейских объединений Франции, и, таким образом, обеспечивая защиту интересов общины и уважения правил, установленных государственной властью, особенно в отношении вопросов, связанных со здоровьем общества. Монопольное право de facto ЕКОП относительно ритуального убийства животных не являлось, тем не менее, следствием намеренного желания государства, которое непременно дало бы объединению-заявителю разрешение, если бы то смогло доказать, что являлось, прежде всего, религиозным объединением и имело многочисленную поддержку среди представителей еврейской общины.

72. Европейский суд счел, подобно Европейской комиссии, что церковное либо религиозное образование может, по существу, пользоваться от имени своих последователей правами, предусмотренными статьей 9 Конвенции (см. mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Католическая церковь Канеи против Греции» (Canea Catholic Church v. Greece) от 16 декабря1997 г., Reports of Judgments and Decisions 1997-VIII, p. 2856, § 31). В данном деле община верующих — независимо от религии — в соответствии с правом Франции должна быть образована в форме литургического объединения, каковым и являлось объединение-заявитель.

73. Далее Европейский суд напомнил, что статья 9 Конвенции перечисляет ряд способов исповедания своей религии либо убеждений, а именно богослужение, обучение, отправление религиозных и культовых обрядов (см. Постановление Европейского суда по делу «Калач против Турции» ({Kalac} v. Turkey) от 1 июля 1997 г., Reports 1997-IV, p. 1209, § 27). Не оспаривался факт того, что ритуальное убийство животных, как видно из его названия, представляло собой «обряд» (rite) (это слово текста Конвенции на французском языке соответствует слову «обряд» (observance) текста на английском языке), цель которого заключалась в обеспечении евреев мясом животных, убитых в соответствии с предписаниями религии, что являлось неотъемлемой частью исповедания иудаизма. Объединение-заявитель нанимало на работу мясников и кашрут-контролеров, совершавших ритуальные убийства животных согласно предписаниям иудейской религии, и подобным образом объединение-заявитель осуществляло религиозный надзор за ритуальными убийствами животных, указывая, что мясо, продаваемое в мясных лавках его членов, являлось «чистым» кошерным мясом.

74. Следовательно, объединение-заявитель могло ссылаться на статью 9 Конвенции в отношении отказа властей Франции выдать ему разрешение, поскольку ритуальное убийство животных должно рассматриваться как подпадающее под гарантируемое Конвенцией право, а именно право исповедовать свою религию в отправлении культовых обрядов по смыслу статьи 9 Конвенции.

75. Прежде всего, Европейский суд должен решить вопрос, не представляли ли фактические обстоятельства данного дела, как утверждали власти Франции, вмешательство в осуществление одного из прав и свобод, предусмотренных Конвенцией.

76. Прежде всего, Европейский суд отметил, что, устанавливая исключение из правила о том, что животные подлежат обязательному оглушению перед их убийством, французское законодательство придало практический характер обязательству государства, принятому с целью обеспечения эффективного соблюдения свободы вероисповедания. Декрет 1980 года, далекий от наложения ограничений на данную свободу, наоборот, был направлен на принятие мер для обеспечения беспрепятственного пользования этой свободой.

77. Европейский суд также счел, что сам по себе факт того, что особые правила, установленные для регулирования деятельности по проведению ритуальных убийств животных, позволяли только мясникам, уполномоченным на это религиозными образованиями, не приводит к выводу о наличии вмешательства в свободу исповедовать свою религию. Европейский суд счел, как и власти Франции, что исключение неурегулированного убийства животных, совершаемого в условиях сомнительного соблюдения правил гигиены, представляет собой общий интерес, и поэтому в случае существования ритуального убийства животных предпочтительнее, чтобы оно совершалось на скотобойнях под контролем органов государственной власти. Таким образом, когда в 1982 году власти Франции утвердили ЕКОП — ответвление Центральной консистории, являющееся образованием, в состав которого входило наибольшее число еврейских общин Франции, они никоим образом не нарушали право свободно исповедовать свою религию.

78. Тем не менее, когда позже другое религиозное образование, исповедующее ту же религию, подало ходатайство на получение разрешения с целью проводить ритуальный убой животных, необходимо было установить, является ли способ убийства животных, который данное религиозное образование намерено использовать, осуществлением свободы исповедовать свою религию, предусмотренной статьей 9 Конвенции.

79. Европейский суд отметил, что способ убоя скота, применимый мясниками объединения-заявителя, был абсолютно идентичен способу, использованному мясниками ЕКОП, и что единственное различие заключалось в тщательности проведения осмотра легких убитого животного после его смерти. Для объединения-заявителя существенным являлась способность классифицировать мясо не только как «кошерное», но и как «чистое» в целях соблюдения своего толкования законов о правильном питании, тогда как большинство евреев, соблюдающих принципы своей веры, признавало «кошерное» мясо, изготовленное под руководством ЕКОП.

80. По мнению Европейского суда, вмешательство в свободу исповедовать свою религию будет иметь место только в случае, если незаконность совершения ритуального убийства животных не позволит ультраортодоксальным евреям употреблять в пищу мясо животных, убитых в соответствии с религиозными предписаниями, которые они считали необходимыми для применения.

81. Однако это не так. В данном деле не оспаривался тот факт, что объединение-заявитель могло без труда приобрести «чистое» мясо в Бельгии. Более того, письменные показания и официальные протоколы судебного пристава, представленные вступающими в процесс сторонами, ясно свидетельствовали о том, что ряд мясных лавок, осуществлявших свою деятельность под контролем ЕКОП, предоставлял евреям возможность купить мясо, классифицированное решением Бэт Дина как «чистое».

82. Таким образом, из материалов дела в целом и из устных показаний сторон в ходе судебного слушания, ясно, что евреи, входившие в состав объединения-заявителя, могли без затруднений приобретать «чистое» мясо. В частности, власти Франции ссылались на переговоры между объединением-заявителем и ЕКОП, проводимые с целью заключения соглашения, в соответствии с которым объединение-заявитель могло бы самостоятельно осуществлять ритуальный убой скота, используя разрешение, выданное ЕКОП, однако такое соглашение не было заключено по финансовым причинам (см. выше § 67). Утверждения властей Франции по этому вопросу не оспаривались. Как известно, объединение-заявитель не доверяло мясникам, уполномоченным ЕКОП на совершение ритуальных убийств животных в отношении тщательности осмотра легких убитых животных после их смерти. Тем не менее, Европейский суд счел, что право на свободу религии, предусмотренное в статье 9 Конвенции, не охватывает право принимать личное участие в проведении ритуального убийства животных и в последующем процессе сертификации; принимая все вышеуказанное во внимание, объединение-заявитель и его члены фактически не могли считаться лишенными возможности приобретения и употребления мяса, которое, как они полагали, более соответствовало предписаниям их религии.

83. Поскольку не был установлен факт того, что евреи — члены объединения-заявителя не могли приобретать «чистое» мясо, а также что объединение-заявитель не могло снабжать их таким мясом, подписав соглашение с ЕКОП с целью получения возможности совершать ритуальные убийства животных под прикрытием выданного ЕКОП разрешения, Европейский суд счел, что отказ оспариваемого утверждения не составлял вмешательства в право объединения-заявителя на свободное вероисповедание своей религии.

84. Установление данного факта освобождает Европейский суд от задачи выносить решение о соответствии ограничения, оспариваемого объединением-заявителем, требованиям, предусмотренным в пункте 2 статьи 9 Конвенции. Тем не менее, даже допуская, что подобное ограничение могло бы рассматриваться как вмешательство в право на свободу исповедовать свою религию, Европейский суд отметил, что обжалуемые меры, установленные законом, преследовали законную цель, а именно охрану общественного здоровья и порядка, поскольку организуемое государством отправление религиозных обрядов вело к религиозной гармонии и терпимости. Более того, принимая во внимание предоставленную возможность Договаривающимся Сторонам самим решать некоторые вопросы (см. Постановление Европейского суда по делу «Мануссакис и другие против Греции» (Manoussakis and Others v. Greece) от 26 сентября 1996 г., Reports 1996-IV, p. 1364, § 44), в частности, в отношении установления особых отношений церкви и государства, эти меры нельзя считать излишними и несоразмерными. Иными словами, они соответствовали положениям пункта 2 статьи 9 Конвенции.

85. Таким образом, нарушение статьи 9 Конвенции, взятой отдельно, не имело места.

86. Что касается утверждения объединения-заявителя о том, что оно стало жертвой дискриминационного обращения вследствие выдачи разрешения только ЕКОП, Европейский суд напомнил, что в соответствии со сложившимся прецедентным правом конвенционных органов, статья 14 Конвенции только дополняет другие материальные положения Конвенции и Протоколов к ней. Она не существует самостоятельно, поскольку применима исключительно при «пользовании правами и свободами», гарантированными этими положениями. Хотя использование статьи 14 Конвенции не предполагает нарушения этих положений Конвенции — и до этих пределов она имеет самостоятельное значение — ее применение не имеет места за исключением случаев, когда обстоятельства дела подпадают под сферу регулирования одного или нескольких положений другой статьи.

87. Европейский суд отметил, что поскольку фактические обстоятельства данного дела подпадают под действие статьи 9 Конвенции (см. выше § 74), статья 14 Конвенции, таким образом, применима. Тем не менее, в свете установленных выше в § 83 фактов относительно ограниченного характера обжалуемых мер, которые позволили Европейскому суду прийти к выводу об отсутствии вмешательства в право объединения-заявителя исповедовать свою религию, Европейский суд счел, что разница в подходе, которая была связана с применяемыми мерами, была незначительной. Далее Европейский суд отметил, что в целях, изложенных выше в § 84, поскольку различие в обращении было налицо, оно преследовало законную цель а «между используемыми средствами и преследуемой целью существовала разумная соразмерная связь» (см., Постановление Европейского суда по делу «Маркс против Бельгии» (Marckx v. Belgium) от 13 июня 1979 г., Series A, N 31, p. 16, § 33). Подобное различие в обращении являлось объективным и разумным обоснованием по смыслу соответствующих положений прецедентного права Европейского суда.

88. Таким образом, в настоящем деле не имело места нарушение статьи 9 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 14 Конвенции.

 

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД:

 

1) постановил двенадцатью голосами против пяти, что нарушение статьи 9 Конвенции, взятой отдельно, места не имело;

2) постановил десятью голосами против семи, что нарушение статьи 9 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 14 Конвенции, места не имело.

 

Совершено на английском и французском языках и оглашено на открытом слушании во Дворце прав человека в г. Страсбурге 27 июня2000 г.

 

Председатель Палаты

Люциус ВИЛЬДХАБЕР

Заместитель Секретаря-Канцлера Суда

Мод де БУР-БУКИККИО

 

 

 

 

 

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Конвенции и пунктом 2 правила 74 Регламента Суда к настоящему Постановлению прилагается совместное особое мнение судей сэра Николаса Братца, М. Фишбаха, В. Томассен, М. Цацы-Николовски, Т. Панцыру, Э. Левитса и К. Трайя.

 

Л.В.

М.Б.

 

СОВМЕСТНОЕ ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЕЙ СЭРА НИКОЛАСА БРАТЦА,

М. ФИШБАХА, В. ТОМАССЕН, М. ЦАЦЫ-НИКОЛОВСКИ, Т. ПАНЦЫРУ,

Э. ЛЕВИТСА И К. ТРАЙЯ

 

К нашему великому сожалению, мы не можем согласиться ни с основаниями, ни с выводами большинства судей по данному делу.

1. Что касается вопроса о наличии либо отсутствии факта вмешательства в право объединения-заявителя на свободу вероисповедания, мы не можем согласиться с § 76 и 77 настоящего Постановления. Верно, что, давая в 1982 году разрешение ЕКОП, органы государственной власти Франции, отнюдь не умаляли свободу вероисповедания, а, наоборот, на практике реализовали свое обязательство, имеющее целью предоставление свободного осуществления этого права. Вместе с тем, мы не можем согласиться с мнением большинства судей относительно § 78 настоящего Постановления в том, что необходимо устанавливать тот факт, касалось ли ходатайство о получении разрешения, поданное позже другим религиозным объединением, вопроса об осуществлении права свободно исповедовать свою религию.

Один факт того, что разрешение уже было дано другому религиозному объединению, не освобождает государственные органы власти от обязательства внимательно рассматривать все последующие ходатайства, подаваемые иными религиозными образованиями, исповедующими ту же религию. В настоящем деле подача жалобы объединения-заявителя была вызвана тем фактом, что, согласно его утверждениям, мясники ЕКОП, совершающие ритуальные убийства животных, более не проводили достаточно тщательного осмотра легких убитого животного, поэтому мясо, сертифицированное ЕКОП как «кошерное», не могло считаться «чистым» (glatt). А евреи, входившие в состав объединения-заявителя, полагали, что мясо, не являющееся «чистым», было нечистым и вследствие этого не соответствующим еврейским законам о правильной пище. Таким образом, ЕКОП и объединение-заявитель расходятся во мнениях по данному вопросу.

Мы считаем, что пока внутри разрозненной общины людей, и религиозной общины в особенности, возможно возникновение напряженности, это является одним из неизбежных последствий необходимости уважать плюрализм. В подобной ситуации роль государственных властей заключается не в устранении причины напряжения путем исключения плюрализма, а в обеспечении того, чтобы противостоящие группы терпимо относились друг к другу (см. Постановление Европейского суда по делу «Шериф против Греции» (Serif v. Greece), жалоба N 38178/97, § 53, ECHR 1999-IX). Поэтому мы полагаем в высшей степени неуместным упоминать, хотя большинство судей и отметили это в § 82 настоящего Постановления, что объединение-заявитель могло заключить соглашение с ЕКОП с целью проведения ритуального убоя скота под прикрытием данного ЕКОП разрешения. Подобный довод означает освобождение государства — единственного субъекта, уполномоченного давать разрешения — от обязанности уважать свободу вероисповедания. Но ЕКОП представляло собой основное объединение еврейской общины и, ввиду этого, наименее удачное, чтобы давать оценку законности требований меньшинства и выступать в качестве арбитра по данному вопросу.

Мы также считаем, что факт возможности объединения-заявителя осуществлять поставки «чистого» мяса из Бельгии не обосновывает вывод по данному делу об отсутствии какого-либо вмешательства в право на свободу исповедовать свою религию в отправлении обрядов ритуального убийства животных; то же самое применимо и к факту того, что евреи, в случае необходимости, могут приобрести «чистое» мясо в тех нескольких мясных лавках ЕКОП, которые продают его, руководствуясь Бэт Дином.

Статья 10 Декрета 1980 года прямо устанавливает, что утвержденное религиозное образование может уполномочивать мясников для проведения ритуального убоя скота, а также что необходимое разрешение должно быть дано министром сельского хозяйства по предложению министра внутренних дел. Отрицая статус объединения-заявителя как «религиозного образования» и отклоняя его ходатайство о признании такого статуса, власти Франции, таким образом, ограничили его свободу исповедовать свою религию.

По нашему мнению, вопрос о возможности получения «чистого» мяса иными способами не неуместен в данном случае, поскольку целью определения пределов действия или бездействия государства является, как и в настоящем деле, ограничение использования права на свободу религии (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Обзервер» и «Гардиан» против Соединенного Королевства» (Observer and Guardian v. the United Kingdom) от 26 ноября 1991 г., Series A, N 216, pp. 34 — 35, § 69). Вследствие этого мы не можем согласиться с решением большинства относительно того, что нарушение статьи 9 Конвенции, взятой отдельно, не имело места, поскольку не было вмешательства в осуществление прав.

2. Что касается правомерности вмешательства в осуществление права на свободу религии, мы полагаем, что основная проблема данного дела заключается в дискриминационном подходе, на который жаловалось объединение-заявитель.

В связи с этим мы считаем, что основания, предложенные большинством судей по данному делу в § 87 настоящего Постановления, являются неподходящими. По нашему мнению, для того, чтобы установить отсутствие нарушения статьи 9 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 14 Конвенции, большинству судей не следовало сводить свои основания к утверждению, что вмешательство носило «ограниченный характер» и что различие в обращении являлось «незначительным». В тех случаях, когда затронуты вопросы религии, Европейский суд не должен брать на себя задачу соответствующих лиц либо групп лиц по определению размеров и серьезности вмешательства в осуществление прав, поскольку основной целью статьи 9 Конвенции является защита личных убеждений каждого.

Мы считаем необходимым решить вопрос, обеспечили ли власти Франции объединению-заявителю в соответствии со статьей 14 Конвенции без какой бы то ни было дискриминации осуществление гарантированного статьей 9 Конвенции права на свободу религии, предоставив разрешение ЕКОП и отказав в подобном разрешении объединению-заявителю в 1987 году. Мы полагаем, что в настоящем деле имело место нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 9 Конвенции, по следующим основаниям.

Прежде всего, мы отмечаем, что по смыслу статьи 14 Конвенции в понятие дискриминации обычно включаются случаи, когда государства без предоставления объективного и разумного обоснования по-разному относятся к лицам или группам лиц, находящихся в схожих ситуациях. Согласно прецедентному праву органов, созданных на основе Конвенции, разное отношение является дискриминационным по смыслу статьи 14 Конвенции, если оно «не является объективно и разумно обоснованным», то есть не преследует «законную цель» либо если между «используемыми средствами и преследуемой целью отсутствует разумная соразмерная связь». Европейский суд вновь подтвердил свое мнение по данному вопросу в недавнем Постановлении по делу «Тлимменос против Греции» (Thlimmenos v. Greece), (см. Постановление Большой палаты Европейского суда, жалоба N 34369/97, ECHR 2000-IV).

Прежде всего, Европейский суд должен был рассмотреть вопрос о том, находилось ли объединение-заявитель в ситуации, схожей с ситуацией ЕКОП. В связи с этим мы отмечаем, что факт того, что объединение-заявитель по своему юридическому статусу являлось литургическим объединением, равно как и ЕКОП, по смыслу Закона об отделении церкви от государства 1905 года, не оспаривался. Более того, статья 10 Декрета от 1 октября1980 г. не дает никакого определения понятию «религиозное образование» и не устанавливает никакого критерия, как, например, численное представительство внутри соответствующего образования, на основании которых спорный вопрос может быть решен. Не оспаривался также тот факт, что объединение-заявитель владело двумя синагогами, в которых регулярно отправлялись религиозные обряды, а также учебными центрами для раввинов, кроме того, не оспаривалось то, что, на практике, оно осуществляло религиозный контроль над несколькими мясными лавками и магазинами, продающими «чистое» мясо в розницу.

Тот факт, что данное движение составляло меньшинство в еврейской общине в целом, не был достаточен сам по себе для лишения его статуса религиозного образования. Поэтому мы считаем, что в свете положений его Устава и осуществляемой им деятельности нет причин сомневаться, на первый взгляд, в том, что объединение-заявитель являлся «религиозным образованием», как и ЕКОП. Мы также отмечаем, что в отношении практики проведения ритуальных убийств животных не опровергалось то, что и мясники ЕКОП, и мясники объединения-заявителя использовали один и тот же способ совершения убийства путем перерезывания горла животного с единственной лишь разницей, касающейся характера осмотра легких убитого животного после его смерти. И данная ситуация объединения-заявителя снова оказалась аналогичной положению ЕКОП.

Власти Франции утверждали, что разный подход к обращению с объединением-заявителем и ЕКОП был основан на том факте, что объединение-заявитель занималось исключительно коммерческой деятельностью, а именно убоем животных, сертификацией и продажей «чистого» кошерного мяса, о чем свидетельствует то, что более половины его дохода поступало от взимания налога на убой скота. На этом основании власти Франции утверждали, что объединение-заявитель не осуществляло истинно религиозную деятельность по сравнению с той, которой занималось ЕКОП. Тем не менее, мы отметим, что ЕКОП подобным образом облагал раввинским налогом убой скота, а также, что согласно финансовым отчетам, представленным третьей стороной, вступившей в процесс, более половины доходов ЕКОП тоже поступало от сбора того же налога. В связи с этим мы не понимаем, каким образом деятельность объединения-заявителя являлась более «коммерческой» по сравнению с деятельностью ЕКОП, осуществляемой в той же сфере.

В отношении законной цели, способной обосновать различное отношение, власти Франции ссылались на необходимость охраны общественного здоровья. Тем не менее нет причин предполагать, что мясники, нанятые на работу объединением-заявителем, не соблюдали также хорошо, как и мясники ЕКОП, правила гигиены, предусмотренные положениями о скотобойнях; этот факт был признан и национальными судами (см. § 35 настоящего Постановления).

Наконец, власти Франции ссылались на слабую поддержку, оказываемую объединению-заявителю, которое насчитывало только около 40000 приверженцев — ультраортодоксальных евреев из 700000 евреев, проживающих во Франции. По заявлению властей Франции, его численность была несопоставима с численностью ЕКОП, которое представляло практически всех евреев Франции. Таким образом, отказ властей предоставить объединению-заявителю разрешение был необходим, как они отмечали, для охраны общественного порядка с целью избежать роста утвержденных религиозных образований, которые не предоставляли таких гарантий, как ЕКОП.

Мы, несомненно, не пренебрегаем интересами, которые власти могут преследовать, сотрудничая с наиболее представительными организациями определенного сообщества. Тот факт, что государство желает избегать построения деловых отношений с чрезмерным количеством партнеров с тем, чтобы не растрачивать свои силы, а также с целью достижения конкретных результатов с большей легкостью, будь то отношения с профсоюзами, политическими партиями либо религиозными конфессиями, не является незаконным либо несоразмерным сам по себе (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Союз машинистов Швеции против Швеции» (Swedish Engine Drivers’ Union v. Sweden) от 6 февраля1976 г., Series A, N 20, p. 17, § 46).

Однако в данном деле спор, переданный властями Франции на рассмотрение в Европейский суд, не касался численности объединения-заявителя в еврейской общине, а объединение-заявитель никоим образом не оспаривало роль и деятельность ЕКОП, Центральной консистории либо иных образований, представляющих интересы еврейских общин во Франции — предпочтительных собеседников государства. Для объединения-заявителя этот вопрос являлся исключительно вопросом получения разрешения на осуществление ритуальных убийств животных, в отношении которого оно и разошлось во мнениях с ЕКОП.

Мы полагаем, что проведение ритуального убоя скота является одним из аспектов отношений между различными религиозными образованиями и государством, и не видим, каким образом дача оспариваемого разрешения могла угрожать нарушению общественного порядка. Что касается проживающих во Франции мусульманских общин, которые также отправляют религиозные ритуальные убийства, но хуже структурированы, нежели еврейские общины, необходимо отметить, что объединение-заявитель утверждало, и власти Франции не оспаривали данное утверждение, что власти выдавали разрешения в довольно большом количестве ряду различных образований, в особенности мечетям г. Парижа, г. Лиона и г. Эври, даже не заявляя, что количество утвержденных образований могло создать угрозу общественному порядку или здоровью.

Делая вывод в § 87 настоящего Постановления относительно того, что в данном деле налицо разумная соразмерная связь между используемыми средствами и преследуемой целью, большинство судей сослалось на § 84 настоящего Постановления, а также на Постановление Европейского суда по делу «Мануссакис и другие против Греции» (Manoussakis and Others v. Greece) (см. Постановление Европейского суда от 26 сентября1996 г., Reports of Judgments and Decisions 1996-IV), подчеркивая, что государствам предоставлено право самостоятельно регулировать некоторые сферы, «в частности, в отношении установления особых отношений между государством и церковью».

Несмотря на то, что мы признаем за государствами определенные возможности в данной сфере, мы также отмечаем, что в том же Постановлении Европейский суд подчеркнул, что, устанавливая границы возможности регулирования соответствующей сферы, он должен был принять во внимание значимость вопроса, а именно необходимость гарантировать истинный религиозный плюрализм, являющийся неотъемлемой частью понятия демократического общества (loc. cit., p. 1364, § 44).

Мы считаем, что подобное умозаключение применимо в данном деле. По нашему мнению, отказ в разрешении объединению-заявителю, но дача подобного разрешения ЕКОП и тем самым предоставление последнему исключительного права назначать мясников для проведения ритуального убоя скота свидетельствовали о неспособности гарантировать религиозный плюрализм и обеспечить разумную соразмерную связь между используемыми средствами и преследуемой целью.

Принимая во внимание вышеупомянутые рассуждения, мы считаем, что разный подход в отношении к объединению-заявителю и ЕКОП — один из которых получил разрешение, а другому в нем было отказано — не имел под собой объективного и разумного основания и был несоразмерным. Таким образом, имело место нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 9 Конвенции.

Перейти на Главную

 

 

 

 

 

Благодарим за перепост

Вы можете оставить комментарий ниже.

Оставить комментарий

Вы должны Войти, чтобы оставить комментарий.

Rambler's Top100 Питомец - Топ 1000 Счетчик PR-CY.Rank Всё об экологии в одном месте: Всероссийский Экологический Портал