.
Наш блог * Страница 3 из 201 * Правовая зоозащита

Ущерб в связи с аварией с участием безнадзорной собаки взыскан с администрации

    Дело № АП -11-1/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ (выдержка)

16 января 2019 года                                                                                           с. Ольховка

Ольховский районный суд Волгоградской области, рассмотрев  апелляционную жалобу администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области на решение мирового судьи судебного участка №43 Волгоградской области по иску Полтавец к администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области с привлечением третьих лиц комитета ветеринарии Волгоградской области, ИП Крыловой о возмещении причинённого ущерба, судебных расходов, которым постановлено:

Исковые требования Полтавец к администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области о возмещении причинённого ущерба, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с администрации Ольховского района Волгоградской области в пользу Полтавец в счет возмещения причинённого ущерба 31200 руб., расходы по оплате услуг эксперта 3000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 1136 руб.

В удовлетворении исковых требований о взыскании судебных расходов по оплате услуг адвоката в размере 2000 руб. – отказать.

УСТАНОВИЛ:

Полтавец обратилась к мировому судье с иском к администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области (далее Администрация) о возмещении причинённого ущерба, судебных расходов.

авария с безнадзорной собакой

В обоснование исковых требований указала, что ФИО1 управлял принадлежащей ей на праве собственности автомобилем. Двигаясь в районе <данные изъяты>,  когда внезапно,на проезжую часть дороги выскочила беспородная, бездомная собака, на которую ФИО1 совершил наезд. В результате ДТП автомобилю, принадлежащего истцу причинены механические повреждения.

Истец уведомил ответчика о дате проведения осмотра повреждённого транспортного средства, при этом представитель ответчика присутствовал при осмотре автомобиля.

Согласно экспертного заключения, стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учётом износа деталей составила 31200 руб., стоимость экспертизы — 3000 руб.

В этой связи истец просит взыскать с ответчика сумму причинённого ущерба в размере 31200 руб., а также судебные расходы по оплате независимой экспертизы в размере 3000 руб., по оплате услуг представителя – 2000 руб., и оплате государственной пошлины.

Мировым судьёй постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ответчик администрация Ольховского муниципального района Волгоградской области оспаривает законность и обоснованность решения мирового судьи, просит его отменить, принять по делу новое решение.

Суд, изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, проверив законность и обоснованность принятого судом решения в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), не усматривает оснований для отмены решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона в виду следующего.

Согласно общему правилу, закрепленному в ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу положений ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из представленных материалов дела следует, что произошло ДТП, с участием принадлежащего истцу автомобиля, при движении которого совершил столкновение с беспородной, бездомной собакой, перебегавшей дорогу, в результате чего транспортное средство получило механические повреждения, собака погибла.

Стоимость устранения повреждений автомашины, принадлежащей истцу Полтавец, согласно заключению с учетом износа определена в сумме 31200 руб. Стоимость услуг автоэксперта составила 3 00 руб.

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в деле письменными доказательствами, сторонами при рассмотрении дела не оспаривались.

Проанализировав обстоятельства ДТП, установленные на основании исследованных судом: объяснений участников ДТП, схемы ДТП, фотоматериалов, определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении составленных сотрудниками ГИБДД за подписью участника ДТП, допрошенного в судебном заседании свидетеля, протокола вскрытия трупа собаки, в совокупности с требованиями ст. 19 Федерального закона № 131-ФЗ от 06.10.03 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», пп. 9.2 и 9.5 Санитарных правил 3.1.7.2627-10 «Профилактика бешенства среди людей. Санитарно-эпидемиологические правила», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 6.05.10 №54, ст.ст. 1, 10 Закона Волгоградской области № 94-ОД от 15.07.13, постановление администрации Волгоградской обл. от 10.05.18 № 197-п, Законом Волгоградской области от 15.12.17 № 124-ОД «Об областном бюджете на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов», принятым Волгоградской областной Думой 29.11.17, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ответчик не принял всех необходимых мер для выполнения делегированных ему полномочий по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части организации и проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных. А потому бесконтрольное передвижение бездомной собаки при пересечении проезжей части, и стали причиной произошедшего ДТП и как следствие, причиной причинения повреждений автомашине Полтавец Т.И.

Данные выводы суда основаны на имеющихся в деле и не опровергнутых участниками процесса доказательствах.

Кроме того, из материалов дела следует, что ___ между комитетом ветеринарии Волгоградской области и администрацией Ольховского муниципального района Волгоградской области заключено соглашение о предоставлении субвенции из областного бюджета на осуществление государственных полномочий по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части организации и проведения мероприятий по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных в размере 62500 руб.

Указанные денежные средства получены администрацией Ольховского муниципального района Волгоградской области в полном объёме, что подтверждено представителем ответчика в ходе судебного разбирательства.

Администрацией Ольховского муниципального района Волгоградской области и ИП Крыловой заключен контрактпо организации и проведению мероприятий по урегулированию численности безнадзорных животных на территории Ольховского муниципального района Волгоградской области, в соответствии с которым ИП Крылова обязалась по заявке заказчика производить отлов, содержание и уничтожение безнадзорных животных на территории с. Ольховка Ольховского муниципального района Волгоградской области. В силу пункта 5.1 указанного контракта стоимость работ составляет 60800 руб.

Согласно актов передержки и дальнейшего размещения животных в соответствии с контрактом  ИП Крылова произвёла отлов на территории <адрес> соответственно <данные изъяты>. За выполненную работу администрация Ольховского муниципального района Волгоградской области перечислило денежные средства в размере 60800 руб.

Выводы суда в части установления обстоятельств ДТП, степени вины сторон в причинении вреда, а так же размер причинённого вреда ответчиком в жалобе не оспариваются, другими участниками процесса решение в данной части не обжаловано, в связи с чем, в силу указаний ст. 327.1. ГПК РФ решение в указанной части предметом проверки суда второй инстанции не является.

Доводы ответчика о том, что на Администрацию не возложены обязанности по отлову безнадзорных животных являются необоснованным в виду следующего.

Согласно пп. 9.2 и 9.5 Санитарных правил 3.1.7.2627-10 «Профилактика бешенства среди людей. Санитарно-эпидемиологические правила», утверждённым постановлениями Главного государственного санитарного врача РФ от 6.05.10 № 54, к мероприятиям по недопущению возникновения случаев бешенства среди людей относится в том числе регулирование численности безнадзорных животных и их иммунизация против бешенства. Регулирование численности безнадзорных животных проводится путём их отлова и содержания в специальных питомниках. Все животные должны быть привиты против бешенства. При реализации региональных программ санитарно-эпидемиологического благополучия населения организация и проведение указанных мероприятий относится к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации.

На основании ст.1 Закона Волгоградской области № 94-ОД от 15.07.13 органам местного самоуправления муниципальных районов и городских округов Волгоградской области передаются государственные полномочия Волгоградской области по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части организации и проведения мероприятий по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных (далее – государственные полномочия).

В силу ст.10 вышеназванного Закона органы местного самоуправления, их должностные лица несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение переданных настоящим Законом государственных полномочий в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством Волгоградской области и в той мере, в которой указанные полномочия были обеспечены соответствующими органами государственной власти Волгоградской области финансовыми средствами.

Постановлением Правительства Волгоградской области от 23.12.13 № 776-п (действующий на момент возникновения спорных отношений) утверждён порядок отлова, содержания и уничтожения безнадзорных животных на территории Волгоградской области в п. 1.3, 2.1 и 2.2 которого установлено, что мероприятия по отлову, содержанию, умерщвлению и уничтожению безнадзорных животных организуются органом исполнительной власти Волгоградской области, уполномоченным в области ветеринарии на территории Волгоградской области, или, в случае наделения органов местного самоуправления муниципального образования Волгоградской области государственными полномочиями Волгоградской области по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части организации и проведения мероприятий по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных, органами местного самоуправления, наделенными указанными государственными полномочиями (далее именуется – уполномоченный орган). Отлов безнадзорных животных организуется уполномоченным органом или, в случаях размещения заказа на оказание услуг по отлову безнадзорных животных, юридическими лицами, физическими лицами. Мероприятия по отлову безнадзорных животных проводят работники уполномоченного органа либо юридических лиц (физических лиц), физические лица, оказывающие услуги по отлову безнадзорных животных (далее именуются – ловцы), в соответствии с планом, формируемым уполномоченным органом, а также на основании обращений (заявок) физических и юридических лиц. План отлова безнадзорных животных ежегодно утверждается и публикуется в порядке, установленном органом исполнительной власти Волгоградской области, уполномоченным в области ветеринарии на территории Волгоградской области.

Кроме того постановлением Правительства Волгоградской области от 10.05.18 года № 197-п утверждён Порядок расходования органами местного самоуправления муниципальных образований Волгоградской области субвенций, предусмотренных на осуществление государственных полномочий Волгоградской области по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, отлову и содержанию безнадзорных животных, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части отлова и содержания безнадзорных животных, который разработан в соответствии с Бюджетным кодексом РФ, Законом Волгоградской области от 15.07.13 года № 94-ОД и определяет механизм предоставления, расходования и учёта субвенций бюджетам муниципальных образований Волгоградской области на осуществление государственных полномочий Волгоградской области органами местного самоуправления муниципальных районов и городских округов Волгоградской области по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части организации и проведения мероприятий по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных.

В силу пп. 2, 3 и 4 вышеназванного Порядка, предоставление субвенций бюджетам муниципальных районов и городских округов Волгоградской области осуществляется в пределах средств, предусмотренных законом об областном бюджете на текущий финансовый год и на плановый период, и лимитов бюджетных обязательств, доведенных комитету ветеринарии Волгоградской области – главному распорядителю средств областного бюджета в соответствии с соглашениями, заключенными между Комитетом и органами местного самоуправления городских округов и муниципальных районов Волгоградской области, в которых определяется размер субвенций.

Согласно плана отлова безнадзорных животных на территории Волгоградской области, утверждённого приказом комитета ветеринарии ВОлгограсдкой области на территории Ольховского района было запланирован отлов <данные изъяты>.

Исходя из указанного плана Законом Волгоградской области от 15.12.17 года № 124-ОД «Об областном бюджете на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов», принятым Волгоградской областной Думой 29.11.17, в приложении № 21 определён размер субвенции на передачу полномочий Волгоградской области органам местного самоуправления по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части отлова, содержания и утилизации безнадзорных животных на территории Волгоградской области, который для Ольховского муниципального района составил 62500 руб.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что администрация Ольховского муниципального района Волгоградской области в силу действующего законодательства является заказчиком по заключенному контракту на оказание услуг по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных, а также распорядителем перечисленных на её счёт денежных средств из областного бюджета, постольку именно на неё должна быть возложена ответственность за ненадлежащее выполнение работ по отлову безнадзорных животных, повлекших ДТП, и как следствие это причинение ущерба транспортному средству истца, в связи с чем, пришёл к верному выводу о возложении обязанности по возмещению Полтавец  материального ущерба и судебных расходов на ответчика.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции в полном объёме исследованы обстоятельства, имеющие юридическое значение для разрешения спора, на основании чего сделан вывод о возложении обязанности по взысканию материального ущерба на администрацию Ольховского муниципального района Волгоградской области, поскольку именно на неё как на орган местного самоуправления возложена обязанность по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных, и, которая является распорядителем перечисленных на её счёт денежных средств из областного бюджета.

Доводы жалобы о том, что администрацией Ольховского муниципального района Волгоградской области проведены мероприятия по отлову и уничтожению безнадзорных животных в объёме, в котором они были обеспечены субвенцией, предоставленной из бюджета Волгоградской области, а потому возложение на них обязанности по возмещению ущерба истцу незаконно, являются несостоятельными в силу следующего.

На основании ст.19 Федерального закона № 131-ФЗ от 6.10.03 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» наделение органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями субъектов РФ осуществляется законами субъектов РФ. Финансовое обеспечение отдельных государственных полномочий, переданных органам местного самоуправления, осуществляется только за счёт предоставляемых местными бюджетами субвенций из соответствующих бюджетов.

Согласно п. 3 ст.20 названного Закона органы местного самоуправления несут ответственность за осуществление отдельных государственных полномочий в пределах выделенных муниципальным образованием на эти цели материальных ресурсов и финансовых средств.

В ст.86 Бюджетного кодекса РФ устанавливается, что расходные обязательства, возникающие у муниципального образования в связи с осуществлением переданных ему полномочий, исполняются за счёт и в пределах субвенций, специально предоставленных из бюджета субъекта РФ в установленном порядке. В случае, если в муниципальном образовании превышены нормативы, используемые в методиках расчёта соответствующих субвенций, финансовое обеспечение дополнительных расходов, необходимых для полного исполнения указанных расходных обязательств муниципального образования, осуществляется за счёт собственных доходов и источников финансирования дефицита местного бюджета.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 17.06.04 № 12-П, недостаточность собственных доходных источников на уровне субъектов Российской Федерации или муниципальных образований обеспечивается посредством оказания финансовой помощи из федерального бюджета субъектов Российской Федерации в целях надлежащего исполнения ими установленных федеральным законодательством расходы обязательств.

Таким образом, государственные полномочия по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части организации и проведения мероприятий по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных, должны исполняться муниципальным образованием за счёт и в пределах субвенций, специально предоставленных из бюджета субъекта Российской Федерации, а в случае недостаточности переданных денежных средств на органы государственной власти субъекта Российской Федерации может быть возложена обязанность по финансированию расходов по выполнению делегированных полномочий.

Само по себе возмещение ущерба Полтавец  не может быть поставлено в зависимость от размера финансирования, предоставленного администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области для выполнения мероприятий по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, в части организации и проведения мероприятий по отлову, содержанию и уничтожению безнадзорных животных, поскольку действие законов и иных норм права, а также обязанности органов публичной власти не могут быть обусловлены недостаточностью финансовых ресурсов у субъекта права, в связи с чем, не является основанием к отмене постановленного судом первой инстанции решения.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, поскольку являлись предметом рассмотрения в заседании суда первой инстанции при разрешении дела, им дана надлежащая правовая оценка, и направлены на иную оценку обстоятельств дела, что в силу закона основанием для отмены решения не является.

Суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену постановленного решения, о чём содержится просьба в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 327, 328, 329 ГПК РФ, суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Решение мирового судьи судебного участка № 43 Волгоградской областипо иску Полтавец к администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области о возмещении причинённого ущерба, судебных расходов — оставить без изменения, а апелляционную жалобу администрации Ольховского муниципального района Волгоградской области — без удовлетворения.

 

 

 

За укус безнадзорной собакой ущерб взыскан с администрации

Решение (выдержка)

Дело № 2-1299/2018

 

г.Усинск, Республика Коми                                                             09 января 2019 года

Усинский городской суд Республики Коми,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Мазурок к администрации МО ГО «Усинск» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Мазурок обратилась в суд с иском к администрации МОГО «Усинск», о взыскании компенсации морального вреда в сумме 50 000 руб., указав, что  выходя из подъезда подверглась нападению безнадзорной (бродячей) собаки. В результате нападения безнадзорной (бродячей) собаки истец получила укушенную рану поясничной области, после чего она обратилась к врачу-травматологу ГБУЗ РК «Усинская центральная районная больница», где ей была оказана медицинская помощь и назначен курс антирабической вакцинации. В результате укусов собаки истец перенесла физические и нравственные страдания, тратила свое личное время для лечения.

za-ukus-beznadzornojj-sobakojj-ushherb-vzyskan-s-administracii

Суд, заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворении, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, Мазурок, выходя из подъезда, подверглась нападению безнадзорной (бродячей) собакой.

В силу статьи 2 Закона РФ от 14.05.93 №4979-1 «О ветеринарии», а также статей 3,4 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», отношения в области ветеринарии в целях защиты животных от болезней, выпуска безопасных в ветеринарном отношении продуктов животноводства и защиты населения от болезней, общих для человека и животных, а также отношения, возникающие в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, как одного из основных условий реализации предусмотренных Конституцией Российской Федерации прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду, находятся в совместном ведения Российской Федерации и ее субъектов.

В соответствии с подпунктом 49 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.99 №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»  мероприятия по отлову и содержанию безнадзорных животных возложены на органы государственной власти субъекта Российской Федерации за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации.

Согласно статье 3 Закона РФ от 14.05.93 №4979-1 «О ветеринарии» к полномочиям субъекта Российской Федерации в области ветеринарии относится защита населения от болезней, общих для человека и животных, за исключением вопросов, решение которых отнесено к ведению Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Федерального закона от 30.03.99 №52-ФЗ «О санитарно-Эпидемиологическом благополучии населения» осуществление мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения является расходным обязательством Российской Федерации. Осуществление мер по предупреждению эпидемий и ликвидации их последствий, а также по охране окружающей среды является расходным обязательством субъектов Российской Федерации.

Санитарно-эпидемиологическими правилами СП 3.1.7.2627-10, утвержденными Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 06.05.10 №54 установлено, что регулирование численности безнадзорных животных путем их отлова и содержания в специальных питомниках, их иммунизация против бешенства рассматриваются как мероприятия по недопущению возникновения случаев бешенства среди людей. Организация и проведение указанных мероприятий осуществляются при реализации региональных программ санитарно-эпидемиологического благополучия населения и относятся к полномочиям органов государственной власти субъектов РФ (пункты 9.2, 9.5).

На основании ст.19 Федерального закона №131-ФЗ от 06.10.03 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» наделение органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями субъектов РФ осуществляется законами субъектов РФ. Финансовое обеспечение отдельных государственных полномочий, переданных органам местного самоуправления, осуществляется только за счет предоставляемых местными бюджетами субвенций из соответствующих бюджетов.

Согласно п.3 ст. 20 названного Закона органы местного самоуправления несут ответственность за осуществление отдельных государственных полномочий в пределах выделенных муниципальным образованиям на эти цели материальных ресурсов и финансовых средств.

Статьями 1,5,10 Закона Республики Коми от 01.01.15 №115-ФЗ «О наделении органов местного самоуправления в Республике Коми отдельными государственными полномочиями Республики Коми» органы местного самоуправления муниципальных образований муниципальных районов и городских округов в Республике Коми наделены государственными полномочиями Республики Коми, в том числе по организации проведения на территории соответствующего муниципального образования мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных, по принятию муниципальных правовых актов по вопросам осуществления государственных полномочий на неопределенный срок.

Кроме того, пунктом 15 части 1 статьи 16.1 Федерального закона от 06.10.03 №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» определено, что органы местного самоуправления городского округа имеют право на осуществление мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных, обитающих на территории городского округа.

Таким образом, начиная с 01.01.16 исполнительно-распорядительные органы местного самоуправления муниципальных районов и городских округов Республики Коми наделены отдельными государственными полномочиями по организации проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных, обязаны осуществлять мероприятия по отлову безнадзорных животных, а в случае неисполнения такого обязательства нести ответственность.

Во исполнение положений Федерального закона от 06.10.03 №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», Закона Республики Коми от 01.12.15 №115-РЗ «О наделении органов местного самоуправления в Республике Коми отдельными государственными полномочиями Республики Коми» Советом муниципального образования городского округа «Усинск» от 28.04.16 №41 принято решение осуществлять мероприятия по отлову и содержанию безнадзорных животных, обитающих на территории муниципального образования городского округа «Усинск», за счет средств бюджета муниципального образования городского округа «Усинск» сверх средств, предусмотренных в бюджете муниципального образования городского округа «Усинск», в идее субвенции из республиканского бюджета Республики Коми на осуществление переданных государственных полномочий по отлову и содержанию безнадзорных животных.

Постановлением администрации МО ГО «Усинск» от 29.12.17 №2309 «Об организации проведения на территории МО ГО «Усинск» мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных на территории МО ГО «Усинск», по транспортировке безнадзорных животных на территории, а так же порядок организации деятельности приютов для безнадзорных животных на территории МО ГО «Усинск», порядок возврата отловленных животных их владельцам на территории МОГО «Усинск», порядок проведения мониторинга по определению количества безнадзорных животных на территории МОГО «Усинск».

Согласно п.2 и п.4 Инструкции по отлову безнадзорных животных на территории МОГО «Усинск» отлову подлежат безнадзорные животные в том числе имеющие ошейник и учетный знак, находящиеся на улицах и в иных общественных местах без сопровождающего лица. Отлов животных производится специализированной службой по отлову безнадзорных животных или иными организациями, выполняющими данные работы на территории МО ГО «Усинск» на основании муниципального контракта (далее – организации, осуществляющие отлов безнадзорных животных).

В соответствии заключенного соглашения от 14.03.18 №20 о предоставлении в 2018 году субвенций из республиканского бюджета Республики Коми бюджету муниципального образования городского округа «Усинск» на осуществление государственного полномочия Республики Коми по организации проведения на территории соответствующего муниципального образования мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных, министерство сельского хозяйства и потребительского рынка Республики Коми, предоставляет в 2018 году бюджету МО ГО «Усинск» субвенцию в размере 756077 рублей.

Статьей 12 Гражданского кодекса РФ предусмотрены способы защиты гражданских прав, одним из которых является компенсация морального вреда.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ, вред причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1069 ГК РФ предусматривает, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статьи 1064, 1069 помещены в параграфе 1 «Общие положения о возмещении вреда» главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса РФ. Статья 1099 («Общие положения»), находящаяся в параграфе 4 «Компенсация морального вреда» той же главы 59 Гражданского кодекса РФ, содержит общие нормы об основаниях и размере компенсации морального вреда. Следовательно, основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 ГК РФ.

При таком положении, на правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 Гражданского кодекса РФ, и для возложения ответственности за причинение морального вреда необходимо установление состава правонарушения, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 1100 ГК РФ).

Таким образом, требование о возмещении вреда, в том числе и морального, должно предъявляться и разрешаться с учетом положений ст. ст. 16, 1064, 1069 ГК РФ. Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность возмещения морального вреда в соответствии с приведенными нормами права связывается с необходимостью представления истцом доказательств причинения вреда, а также с наличием причинно — следственной связи между незаконными (виновными) действиями (бездействием) государственных органов либо должностных лиц этих органов и наступившим вредом.

Как следует из материалов дела, с дд.мм.гггг. мероприятия по отлову, транспортировке, содержанию, учету и регулированию численности безнадзорных животных на территории МО ГО «Усинск» по дд.мм.гггг. органами местного самоуправления не организованы, поскольку электронные аукционы, которые были проведены в указанный период времени (дд.мм.гггг.дд.мм.гггг.дд.мм.гггг.дд.мм.гггг.дд.мм.гггг.дд.мм.гггг.) на оказание услуг по отлову, транспортировке, содержанию, учету и регулированию численности безнадзорных животных признаны несостоявшимися по причине отсутствия поданных заявок на участие в электронном аукционе.

Кроме того, в указанный период времени два должностных лица МКУ «УЖКХ» привлечены к дисциплинарной ответственности за нарушение трудовых обязанностей, выразившихся в несвоевременной подготовке документов по проведению электронного аукциона на оказание услуг по отлову безнадзорных животных.

При указанных обстоятельствах, приведенных положений материального закона, суд признает незаконным бездействие администрации МО ГО «Усинск», выразившееся в неисполнении обязанностей по организации мероприятий по отлову собак, находящихся на улице и в иных общественных местах без сопровождающего лица, их содержания и использования на территории МО ГО «Усинск», в том числе, по контролю за выполнением данной работы, а также расходованием выделенных на эти цели денежных средств.

Разрешая возникший спор, суд приходит к выводу, что причинение вреда здоровью Мазурок А.Х. имело место в результате виновного бездействия со стороны администрации муниципального образования по невыполнению возложенных на муниципальное образование законом обязанностей по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

В соответствии со статьей 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с положениями статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст.137 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Пунктом 32 постановления Пленума ВС РФ от 26.01.10 №1 разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания факт причинения ему морального вреда предполагается.

Так, в соответствии с п.2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.94 №10 «Некоторые опросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причинением увечьем, иным повреждением здоровья.

Как следует из материалов дела, в результате нападения безнадзорной (бродячей) собаки Мазурок получила укушенную рану поясничной области, после чего ей была проведена вакцинация против бешенства. В результате укусов собаки Мазурок А.Х. испытала боль, тратила свое личное время для лечения.

Таким образом, рассматривая требование истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000,00 рублей вследствие нарушения её неимущественных прав, суд приходит к выводу, что истцу причинен моральный вред, в связи с чем считает необходимым взыскать с ответчика МО ГО «Усинск» в пользу истца Мазурок компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей, которая, соответствует принципам справедливости и разумности.

В соответствие со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек связанных с рассмотрением дела.

В материалах дела имеется чек – ордер об оплате истцом государственной пошлины за подачу настоящего искового заявления в суд в размере 300 руб., поскольку требования истца подлежат частичному удовлетворению, то с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Мазурок к администрации МО ГО «Усинск» о взыскании компенсации морального вреда — удовлетворить частично.

Взыскать с администрации МО ГО «Усинск» в пользу Мазурок А.Х. компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, 300 рублей возврат государственной пошлины, а всего 20 300 руб.

 

Как при прогулке с собакой не стать жертвой молнии

В Болгарии на днях при прогулке с собакой мужчину убило молнией во время грозы. Животное погибло тоже.

Это далеко не первый случай, когда жертвами молнии становятся владельцы собак. Да и ничего удивительного, ведь излюбленные места прогулок с собаками — пустыри, поля и другие места вдали от домов.  Да и одинокий владелец собаки на площадке для выгула собак может стать хорошей мишенью для молнии.
А городские жители привыкли, что в современных квартирах, да и на городских улицах во время грозы безопасно, поэтому и на природе не всегда осознают опасность при приближении грозы.
Вспомним основные действия, которые надо сделать, если приближается гроза, чтобы прогулка для Вас и Вашего питомца не стала последней.
  • Если Вы находитесь рядом с водой — озеро, пруд, речка — отойдите от берега. Помните, что поражение молнией возможно на расстоянии до 30 метров по земле или песку, а по воде и все 100 метров.
  • По этой же причине не подходите к одиночным деревьям, валунам, кустарникам. Оглянитесь и определите, что вокруг Вас может притягивать молнию, и отойдите от этого места. Есть деревья, которые хуже или лучше притягивают молнию, но испытывать судьбу и проверять на практике это не стоит.
  • Поиграйте с собакой в войнушку, проверьте отработку команды «ползи». Укройтесь в ложбинах, оврагах, канавах, но только при условии, если там нет воды.
  • Сложите в отдельное место все металлические предметы и то, что молнию может притянуть — зонты, мобильники, одежду с металлическими пуговицами, сумки и т.д.  Отойдите от этого места на расстояние от 30 м.
  • Не ложитесь на землю, а присядьте. Не делайте резких движений.
  • Понятно, что очень хочется в страшной ситуации быть со своим другом, обнять его, но помните, что мокрая шерсть собаки — прекрасный проводник электричества, поэтому не обнимайтесь и не прикасайтесь к собаке, а еще лучше отстраниться от нее.
  • Снимите с собаки металлические ошейники и металлический намордник, если необходимо собаку зафиксировать, сделайте петлю из поводка. Но помните, что мокрый поводок прекрасный проводник электричества.
  • Часто места для выгула собак находятся рядом с высоковольтными линиями и столбами. При приближении грозы немедленно покиньте это место.
гроза, собака, молния
Не забываем, что помимо простой молнии, есть и шаровая, еще более мерзкая и непредсказуемая дама. Независимо от того, встретилась ли она Вам на улице или напросилась в гости домой, очень пригодится команда «замри». Самое безопасное при встрече с этой коварной дамой не двигаться и ждать, когда гостье надоест и она сама уйдет от вас.

 

Но иногда домашние животные могут спасти своих хозяев

Берегите себя и своих питомцев. Пусть прогулки будут только приятными.

Жестокое обращение с животными: социально-правовая характеристика

Авдеева Лариса Валерьевна
Российский государственный гуманитарный университет
sarah-michelle18@mail.ru
ЖЕСТОКОЕ ОБРАЩЕНИЕ С ЖИВОТНЫМИ:
СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

В настоящее время понятие «жестокое обращение с животными» не имеет четкого определения во всем мире, оно не закреплено ни в одном международном нормативном правовом акте. В большинстве стран , включая Россию, данное понятие закреплено в уголовном законодательстве. В некоторых странах жестоким обращением с животными признается нанесение увечий или причинение гибели с применением садистских методов с целью извлечения выгоды, в нескольких штатах Америки к жестокому обращению с животными приравнивается оставление его на улице или выбрасывание, в Японии наказывается умышленное истощение животного и т.д.

Правосубъектность граждан в условиях геномной медицины

КОНСТИТУЦИОННАЯ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ ГРАЖДАН В УСЛОВИЯХ
ГЕНОМНОЙ МЕДИЦИНЫ

Г.Б. РОМАНОВСКИЙ

Романовский Г.Б., доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой уголовного права, Пензенский государственный университет.

Введение: статья посвящена анализу влияния генетических исследований на конституционный статус человека и гражданина и изменений его конституционной правосубъектности. Цель: проанализировать законодательство, определяющее отношения в области геномной медицины, генно-инженерной деятельности. Выделить проблемы, возникающие в результате последних достижений в указанной области, которые предопределяют новое отношение к понятию человека в праве, его правам и обязанностям, их месту в системе конституционных ценностей. Методы: основу данного исследования составили такие методы исследования, как метод анализа нормативно-правового регулирования, формально-юридический и сравнительно-правовой методы. Результаты: установлена распространенная практика характеристики субъекта конституционных прав и свобод через неопределенные местоимения, что позволяет относить к нему не только человека, но и объекты генетических манипуляций (клон, химера). Продолжением данной логики является распространение конституционных прав и свобод на животных. Это подтверждается судебной практикой некоторых стран. Подобные судебные иски неоднократно рассматривались Верховным судом США. Выводы: показано, что развитие геномной медицины не учитывается конституционными актами большинства стран мира. Однако генно-инженерная деятельность достигла такого уровня, когда ее результаты могут активно влиять на природу человека, изменяя ее, в том числе с помощью внедрения ДНК животных. Доказано, что подобные эксперименты обусловливают закрепление особого статуса генома и протеома человека. Сформулирован вывод о необходимости защиты человеческой природы от размывания межвидовых различий, от создания химер с набором ДНК Homo sapiens. Предлагаются рекомендации по совершенствованию законодательства в области геномной медицины.

Ключевые слова: права человека; конституционный статус; геномная медицина; биомедицинские технологии; химера.

 

Введение

Категория «правосубъектность» занимает прочное место в теории конституционного права. Применительно к человеку она позволяет определить его место в системе субъектов конституционных правоотношений, наделить его соответствующим объемом прав и обязанностей. Несмотря на теоретические разработки, законодательные акты редко используют именно данный термин. Отсутствует он и в Конституции Российской Федерации.
В то же время международно-правовые акты, начиная со Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г. упоминают не просто данную категорию, а закрепляют субъективное право каждого человека на признание его правосубъектности. Подобная норма есть в Международном пакте от 16 декабря 1966 г. «О гражданских и политических правах» (ст. 16), в Американской конвенции о правах человека от 22 ноября 1969 г. (ст. 3), в Африканской Хартии прав человека и народов от 26 июня 1981 г. (ст. 5), в Арабской Хартии по правам человека и арабского народа 2004 г. (ст. 1).
Однако отсутствие права на правосубъектность в конституционных актах не означает отказа в признании за человеком возможности вступать в конституционные правоотношения, обладать конституционными правами и свободами. Российская доктрина изначально исходила из того, что подобное право принадлежит и так каждому человеку и не нуждается в каком-то дополнительном нормативном подкреплении. Н.Н. Алексеев отстаивал понятие «естественная дееспособность», не нуждающееся в искусственном юридическом установлении [1, с. 80]. Е.Н. Трубецкой признание человека субъектом права считал «само собой очевидным» [6, с. 131]. И.А. Ильин указывал на сущность права — регулирование отношений между людьми, исходя из которой каждый человек — субъект права [2, с. 132].
В настоящее время активно развивается геномная медицина, которая не только меняет представление о природе человека, о жизни и здоровье, но и активно влияет на правовые элементы его статуса. Приведем характерный пример. Так, в Британии после публикации 22 июля 2011 г. в известном таблоиде «The Daily Mail» статьи Даниэля Мартина «150 human animal hybrids grown in UK labs: Embryos have been produced secretively for the past three years» <1> разразился скандал. Оказалось, что в течение трех лет в лабораториях трех учебных заведений проводились эксперименты по скрещиванию эмбрионов людей и животных. Так были созданы химеры — эмбрионы, содержащие смешанный ДНК. С учетом возможности (пока потенциальной) появления на свет как человека с генами животного, так и животного с генами человека невольно возникает вопрос: будет ли химера считаться человеком в конституционно-правовом смысле?
———————————
<1> Martin D. 150 human animal hybrids grown in UK labs: Embryos have been produced secretively for the past three years // URL: http://www.dailymail.co.uk/sciencetech/article-2017818/Embryos-involving-genes-animals-mixed-humans-produced-sec-retively-past-years.html (дата обращения: 19.02.2017).

Конституционные акты о правосубъектности

Статья 17 Конституции России является примером косвенного закрепления правосубъектности граждан. Используется формула о принадлежности прав и свобод человека каждому от рождения. Подобная модель констатации характерна для большинства европейских конституций. Так, ст. 32 Конституции Мальтийской Республики начинается со слов: «Поскольку в Мальте каждому принадлежат основные права и свободы личности…». Далее идет закрепление основных прав и свобод. Статья 12 Конституции Республики Казахстан предусматривает: «Права и свободы человека принадлежат каждому от рождения, признаются абсолютными и неотчуждаемыми, определяют содержание и применение законов и иных нормативных правовых актов». Констатирующая часть присутствует и в ст. 2 Конституции Итальянской Республики: «Конституция признает и гарантирует неотъемлемые права человека».
Статья 10 Конституции Испании устанавливает: «Достоинство человека и неприкосновенность его прав, свободное развитие личности, уважение к закону и правам других людей являются основой политического строя и социального мира». На обладание правами и свободами указывает ст. 12 Конституции Турецкой Республики.
Прямое закрепление правоспособности — редкая формула для основных законов европейских государств. Исключением являются Хартия основных прав и свобод Чешской Республики (ст. 5), Конституция Словацкой Республики (ст. 14), Конституция Венгерской Республики (§ 56).
Европейские конституции отличает также отсутствие упоминания человека как единственного обладателя прав и свобод. Государство создано человеком и для человека, именно поэтому как само собой разумеющееся воспринимается отсутствие подчеркивания человека как единственного субъекта основных прав и свобод. Исходя из данного посыла в конституциях нередко используются отрицательное местоимение «никто» или определительное местоимение «каждый». Примером может служить ст. 7 Конституции Республики Кипр: «Никто не может быть лишен жизни». Аналогичная модель присутствует в Конституции Бельгии. Словосочетание «каждый имеет право» является общеупотребительным для национальных и международных правовых актов. В указанный контекст укладывается также использование слова «все», которое может быть как существительным («все имеют право на…» — характерно для Конституции Италии, а «все граждане» — для Конституции Австрийской Республики), так и определительным местоимением (ст. 6 Конституции Республики Болгария: «Все люди рождаются свободными и равными в достоинстве и в правах»).
Характеристика субъекта обладателя конституционных прав и свобод через неопределенные местоимения позволяет указывать, что таким обладателем может быть не только человек, но и созданная химера. Если следовать такой логике, то конституционные права и свободы следует распространять и на животных. В США, исходя из геномной характеристики животных, в незначительной части отличающихся от человека, требуют распространения на них конституционных прав и свобод. Активным борцом выступает Стивен Вайс (профессор права, преподает в Гарварде), возглавляющий организацию «Движение за права нечеловека» <1>. В таком случае более определенный характер имеет Конституция Литовской Республики, в главе II которой, посвященной отношениям человека и государства, практически все конституционные права начинаются с формулировки «человек имеет право…».
———————————
<1> Nonhuman Rights Project. URL: http://www.nonhuman-rightsproject.org/ (дата обращения: 20.02.2017).

Развитие геномной медицины не учитываются конституционными актами. Исключением является Союзная конституция Швейцарской Конфедерации, в которой закреплены две статьи — 119 и 120. Первая направлена на защиту человека от злоупотреблений репродуктивной медициной и генной инженерией. Вторая защищает человека от злоупотреблений генной инженерией во взаимоотношениях с окружающей средой.

Конституционная правосубъектность животных
на основе их ДНК: судебная практика зарубежных стран

Упомянутая выше организация «Движение за права нечеловека» пытается отстаивать конституционные права животных в судебных инстанциях США, ссылаясь на их геном. Одним из первых исков стало заявление в защиту шимпанзе Томми, который находился в частной собственности и содержался в клетке хозяев. Юристы организации считали, что законодательство США содержит общий термин «лицо», который может быть распространен и на обезьяну. Главный аргумент заключался в его ДНК, на 98% совпадающий с ДНК человека. На этом основании заявители потребовали распространения на Томми гарантий, предусмотренных «habeas corpus», а значит, освобождения из незаконного заточения.
4 декабря 2014 г. Апелляционный суд Нью-Йорка вынес итоговое решение <1>. В решении специально подчеркивалось, что правила «habeas corpus» не упоминают именно человека как обладателя прав-гарантий, используя термин «лицо». Однако суд добавил, что закон в этой части не должен давать определение понятия «человек», и так предполагая, что именно (и только) он обладает правами и свободами. История не знает ни одного случая распространения правил «habeas corpus» на животных. Апелляционный суд также провел экскурс в видение сущности статуса человека. Наличие прав обусловлено социальными обязательствами и обязанностями: «Единство прав и обязанностей вытекает из принципа общественного договора, который поставил идеалы свободы и демократии в основу нашей системы правления». Суд также прокомментировал понятие «лицо», которое может подразделяться на физическое (человека) и юридическое. В любом случае наличие прав допускается в силу того, что лицо может выполнять юридические обязанности. В отличие от человека шимпанзе не может исполнять обязанности и нести ответственность, значит, не может и обладать правами. В решении есть дополнение: «Закон устанавливает иные формы защиты животных».
———————————
<1> Appellate Division. Third Judicial Department. URL: http://decisions.courts.state.ny.us/ad3/Decisions/2014/518336.pdf (дата обращения: 20.02.2017).

Следует отметить, что «Движение за права нечеловека» не остановилось на этом. Были собраны различные заключения, подчеркивающие, что когнитивные (высшие мозговые) функции обезьяны развиты практически так же, как и у человека. Подобный аргумент в своих заключениях неоднократно использовали Джастин Марсо (профессор конституционного и уголовного права Университета Денвера) и Сэмюэль Р. Вайсман (профессор конституционного и уголовного права, штат Флорида) <1>, Лоуренс Трайб (профессор конституционного права Гарвардского университета) <2>.
———————————
<1> Nonhuman Rights Project. URL: http://www.nonhumanrightsproject.org/2016/12/12/habeas-corpus-scholars-justin-marceau-and-samuel-r-wiseman-request-leave-to-file-friends-of-thecourt-briefs-in-support-of-the-nonhuman-rights-project/ (дата обращения: 21.02.2017).
<2> Nonhuman Rights Project. URL: http://www.nonhumanrightsproject.org/wp-content/uploads/2016/12/2016_150149_Tribe_ITMO-The-NonHuman-Right-Project-v.-Presti_Amicus-1-2.pdf (дата обращения: 21.02.2017).

Были поданы заявления в защиту еще двух шимпанзе, Геркулеса и Лео, которые подвергались различным опытам в Университете Луизианы. Однако в июле 2015 г. заявителям было отказано. В решении суда отмечалось: «Шимпанзе не предоставляется никаких юридических прав, помимо защиты от жестокого обращения или злоупотреблений». Апелляционный суд и в этом случае отказал в удовлетворении заявления. Осенью 2016 г. было подано заявление в защиту шимпанзе Кико, которое также не было удовлетворено судебной инстанцией. Однако тяжба продолжается, новые слушания по делу назначены на весну 2017 г.
В 2008 г. австрийские защитники животных выступили с иском о признании субъектом права шимпанзе Мэтью. Решение было отрицательным. Была подана жалоба в Европейский суд по правам человека, которая была признана неприемлемой, несмотря на активную общественную кампанию в ее поддержку <1>.
———————————
<1> Hall A. European Court agrees to hear chimp’s plea for human rights. URL: http://www.dailymail.co.uk/news/article-1020986/European-Court-agrees-hear-chimps-plea-human-rights.html (дата обращения: 21.02.2017).

В декабре 2014 г. аргентинский суд постановил орангутанга по имени Сандра считать таким же субъектом права, как и человека. 28-летняя обезьяна находилась в зоопарке Буэнос-Айреса, пока защитники животных не обратились с соответствующими исками рассматривать ее как человека в философском, а не биологическом смысле <1>. В решении суда была сделана ссылка на работу Рауля Цаффарони «Уголовное право. Общая часть» [27], призывающую законодателей пересмотреть отношение к животным как к вещам.
———————————
<1> Court in Argentina grants basic rights to orangutan. URL: http://www.bbc.com/news/world-latin-america-30571577 (дата обращения: 21.02.2017).

Геномная медицина и правовой статус человека

Развитие геномной медицины связано с двумя направлениями, которые имеют непосредственное отношение к правовому статусу человека: генодиагностика и генотерапия.
Генодиагностика, в свою очередь, связана с генетическим тестированием (определить ДНК человека невозможно, не протестировав его самого), под которым понимается испытание человека на те или иные особенности его генетической системы. В нашем государстве действует Федеральный закон от 3 декабря 2008 г. N 242-ФЗ «О государственной геномной регистрации в Российской Федерации» <1>. Однако его предмет ограничен кругом отношений, он распространяется только на те, которые относятся к обязательной и добровольной геномной регистрации в целях установления личности (ст. 2). Обращает на себя внимание то, что национальные акты большинства стран определяют именно такое узкое отношение к информации, извлекаемой из ДНК. В качестве примера можно привести Закон ФРГ от 31 июля 2009 г. о генетическом тестировании (GenDG) <2>, вступивший в силу с 1 февраля 2010 г., а также Закон Франции от 6 августа 2004 г. N 2004-800 «О биоэтике» <3>, посвященный регулированию отношений в сфере генодиагностики.
———————————
<1> Собр. законодательства Рос. Федерации. 2008. N 49. Ст. 5740.
<2> Positionspapier zum Gendiagnostikgesetz-Entwurf sowie zur Umsetzung des Gendiagnostikgesetzes. URL: http://www.bio-deutschland.org/tl_files/content/positionspapiere/BIO_D_Position-Diagnostikgesetz.pdf (дата обращения: 21.02.2017).
<3> Loi N 2011-814 du 7 juillet 2011 relative a la bioethique. URL: https://www.legifrance.gouv.fr/affichTexte.do?dateTexte=&categorieLien=id&cidTexte=JORFTEXT000024323102&fastPos=2&fastReqId=1995621777&oldAction=rechExpTexteJorf (дата обращения: 21.02.2017).

Несколько расширяет границы генодиагностики ст. 15 Семейного кодекса РФ, предусматривающая возможность медицинского обследования лиц, вступающих в брак, в объем которого включается также и консультирование по медико-генетическим вопросам. В этом случае знания о собственном ДНК и ДНК партнера выйдут за рамки общей информативности. Продолжением такого консультирования будет прогноз ДНК будущего потомства. В российской юридической науке неоднократно предлагалось установить обязательность генетического тестирования [3, с. 16; 5, с. 25; 7, с. 14]. В США медицинские работники становятся субъектами, против которых подаются иски со стороны близких родственников, скрывших информацию о генетической предрасположенности к определенным заболеваниям. Несмотря на это, общее мнение состоит в недопустимости разглашения медицинской информации [23]. В США работодатели оплачивают скрытое генетическое тестирование при медицинском обследовании работников, требующих компенсаций при появлении профессиональных заболеваний. Подобные тайные тесты осуждаются медицинскими работниками, их использование влечет за собой исключение данных из доказательственной базы при рассмотрении дела в суде [18]. В любом случае медицинский работник должен соблюдать терапевтический контакт с пациентом и его семьей [12]. Итальянская практика допускает раскрытие отдельных аспектов генетической информации близким родственникам пациента, даже при отсутствии его согласия на подобное разглашение [11]. Однако наибольшие этические сложности возникают при раскрытии генетической информации детям. Медицинские работники вводят такое понятие, как «управление информацией о ДНК», предписывая оценку риска при доведении ее до несовершеннолетнего [15].
Последствия узкого толкования результатов генетического тестирования приводит к пропаганде дискриминации к «неполноценным» гражданам. Так, Д.Т. Ликкен (психолог-евгенист) отстаивал свою точку зрения на установление разрешительного порядка рождения детей. Главный аргумент заключался в том, что поведение человека всегда зависит от его генетических данных [21].
Предлагается использовать достижения геномной медицины в криминологических целях. Поиском «прирожденного преступника» занимались Ч. Ломброзо [4], Р.Л. Дагдейл [13], Г.Г. Годдард [16] и многие другие. В 1965 г. Патриция Джекобс сделала сенсационное заявление о том, что именно хромосомная аномалия типа XYY у мужчин обусловливает преступное поведение. На основе данного вывода в США было предложено протестировать всех мужчин на наличие лишнего хромосома, ввести специализированный полицейский учет.
В последующем было доказано, что исследования П. Джекобс носили поверхностный характер, а ее заявление было рассчитано на сенсацию. Но это не останавливает усилия медиков и криминологов. Так, ученые США связывают агрессивное поведение с геном, отвечающим за выработку серотонина [26]. Ученые из Финляндии выявили связь преступного поведения с набором определенных генов [24].
Генетическое консультирование может охватывать как взрослое население, так и несовершеннолетних. Оно может применяться к нерожденным. Активно внедряется такая методика, как преимплантационная генетическая диагностика, которая осуществляется при репродуктивных технологиях, связанных с искусственным помещением эмбриона в матку женщины.
Проведение массового скрининга всего взрослого населения, создание генетического паспорта каждого гражданина породят возможные злоупотребления. Практика уже показывает, что наиболее заинтересованные лица в получении генетической информации — кредитные, страховые организации, работодатели. Банки захотят создать дополнительный страховочный механизм при выделении долгосрочных кредитов тем гражданам, которые покажут предрасположенность к определенным заболеваниям. Страховые организации уже сейчас формулируют свои претензии как барьер от возможных злоупотреблений со стороны самого гражданина, заинтересованного в получении страховки, знающего, какое именно заболевание может ждать его впереди [19].
Работодатель может устанавливать барьеры при приеме на работу, отказывая соискателям должностей, которые могут иметь предрасположенность к некоторым профессиональным заболеваниям. Возможна линия защиты при подаче иска от работника, уже получившего такое заболевание: причин не в условиях работы, а в генотипе работника.
Генетическое тестирование несовершеннолетних (тем более эмбрионов) связано с получением информированного согласия, а также с «правом на открытое будущее» (формулировка используется в западной доктрине [14]). Будет ли рад раскрытию геномной информации взрослый человек, когда скрыть ее у него уже не получится? Ведь его родители уже распорядились по поводу раскрытия ДНК. Кроме того, пренатальное (дородовое) генетическое тестирование влечет за собой, как правило, рекомендацию по прекращению хода беременности и искусственному аборту. В настоящее время действует Приказ Минздрава России от 28 декабря 2000 г. N 457 «О совершенствовании пренатальной диагностики в профилактике наследственных и врожденных заболеваний у детей». Данный документ устанавливает: «При наличии показаний даются рекомендации по поводу прерывания беременности». Подобные нормы имеют неоднозначную этическую оценку. Тем более что злоупотребления пренатальной диагностикой завершаются аутоевгеникой — селекцией по половому признаку. В мире еще сильны предубеждения о неполноценности женщины. Достоянием истории стали такие средневековые работы, как «Женщина не человек» (Франкфурт, 1690 г.), «Любопытное доказательство, что женщина не принадлежит к человеческому роду» (Лейпциг, 1753 г.) [9, с. 875]. Однако и сейчас рождение девочки у многих народов воспринимается как ошибка природы.
Генная терапия (генотерапия) — совокупность генно-инженерных (биотехнологических) и медицинских методов, направленных на внесение изменений в генетический аппарат соматических клеток человека в целях лечения заболеваний. Именно такое понятие представлено в ст. 2 Федерального закона от 5 июля 1996 г. N 86-ФЗ «О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности» <1>. До недавнего времени генотерапия рассматривалась лишь как возможность предотвращения наследственных заболеваний. Однако геномная медицина предлагает новые виды лечения с помощью использования измененного генотипа клеточного продукта, точечно доставляемого к месту обработки (например, при лечении онкологических заболеваний — к месту локализации опухоли).
———————————
<1> Собр. законодательства Рос. Федерации. 1996. N 28. Ст. 3348.

С 1 января 2017 г. вступил в силу Федеральный закон от 23 июня 2016 г. N 180-ФЗ «О биомедицинских клеточных продуктах» <1>, на который возлагаются дополнительные надежды по продвижению биомедицинских технологий, в том числе связанных с достижениями в области генетики.
———————————
<1> Там же. 2016. N 26 (ч. 1). Ст. 3849.

Основные сложности вокруг генотерапии связаны с определением самой медицинской технологии, не подпадающей под общий режим регулирования медицинского вмешательства. Медицинский работник, проводящий манипуляции, действует в режиме эксперимента. Он не может окончательно прогнозировать последствия лечения с помощью биомедицинских клеточных продуктов. Дополнительные сложности возникают при применении генотерапии in utero (к нерожденному). Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» <1>, закрепляя модель информированного добровольного согласия на любое медицинское вмешательство, не предусматривает исключения. Хотя в рассматриваемом случае согласие родителей по отношению к тому, кто еще не родился, не укладывается в стандартную схему. Следует учитывать, что в судебной практике стали появляться иски детей-инвалидов по отношению к врачам и родителям, отказавшимся от рекомендации по искусственному прерыванию беременности [17]. Выработан даже термин «неправомерное оставление в живых» [20].
———————————
<1> Там же. 2011. N 48. Ст. 6724.

Современные возможности генотерапии создают основу для евгеники, предопределяя серьезные вопросы: допустима ли принудительная генотерапия? Допустима ли принудительная генотерапия in utero? Разрешено ли создание человека с заранее программируемыми качествами? Перечень вопросов далеко не исчерпывающий.

Современные политико-правовые учения о геномной медицине

Достижения в области геномной медицины поднимают серьезный вопрос о месте человека в системе конституционных ценностей. Технологическое отношение имеет под собой серьезную идеологию. Александр Бард и Ян Зодерквист создали целостную картину мира, дав ей новый термин — нетократия [10], в основе которой должен находиться исключительный прагматизм. Генетике уделяется особое место. Она должна выполнять социальные функции, заменить законы естественного отбора: «Располагая знаниями о своих генетических предпосылках, люди могут впервые за всю свою историю планировать свою жизнь, исходя из подлинно базовой информации. Они могут выбирать наиболее подходящую карьеру и образование, планировать рождение детей от наиболее подходящего по генному набору партнера, решать не употреблять вредные продукты и т.д. Власти и работодатели получат доступ к инструментам безупречного тестирования работников и служащих».
Подобный подход влечет за собой установление контроля над рождаемостью. Авторы предлагают поставить рождение детей под строгий лабораторный контроль. Идеал: воспроизведение потомства искусственным путем. Кстати, в некоторых странах активно ведутся исследования по созданию искусственной матки, чтобы исключить женский организм из процесса вынашивания ребенка. Подобные исследования проводятся в Токийском университете, Корнельском университете и Университете Иллинойса [22]. В случае успеха последствия могут носить глобальный характер: 1) новое видение проблемы абортов (плод может быть доношен искусственным путем); 2) изменение гендерных представлений о женщине (утрата монополии на детородную функцию); 3) рождение ребенка превратится в технологию; 4) допуск к технологии гомосексуальных пар; 5) легализация репродуктивного клонирования.
Манипуляции с генами человека положительно оценивались Элвином Тоффлером, видевшем в этом создании новые «версии» человека [25, с. 219 — 220]. Его идея заключается в переходе на технологический способ рождения людей, когда над будущими качествами ребенка должны трудиться генетики. «Ребенок с гарантией, что он будет свободен от генетических дефектов», — идеал мира будущего в версии Тоффлера. Родильный дом будет представлять собой супермаркет, где можно будет оговаривать все признаки будущего человека: цвет глаз, кожи, IQ и др. Элвин Тоффлер рисует перспективы и внеутробного рождения человека — это должно помочь в возможной колонизации других планет.
Известный футуролог Френсис Фукуяма также указывает на то, что развитие именно биомедицинских технологий повлияет практически на все социальные институты: «Они перетряхнут существующие социальные иерархии и скажутся на скорости материального, интеллектуального и политического развития, и они изменят природу глобальной политики» [8, с. 122]. Ученый справедливо указывает на то, что логичным продолжением генной индустрии будет не просто получение знаний о ДНК человека, но и желание улучшить «исходные данные». Поскольку взрослый человек не сможет скорректировать свою природу, то подобные чаяния плавно перейдут на потомство. «Главным призом современной генной технологии будет «младенец на заказ», — заключает Ф. Фукуяма. Одновременно философ напоминает, что над всей генетикой «издавна висит призрак евгеники — сознательного выведения у людей определенных свойств с помощью селекции». Сможет ли человек противостоять соблазну по изменению собственной природы, но исходя из надуманных предпочтений. В работе приводится показательное сравнение. Изменение генома человека в евгенических целях будет похоже на модную татуировку, которую невозможно исправить ни тому, кому она нанесена, ни всем последующим поколениям. Ф. Фукуяма описывает и иное опасение: не перемешается ли ДНК человека с ДНК стольких видов, что ясность в понимании человека только отдалится? При этом Ф. Фукуяма констатирует отсутствие достаточного количества нормативных актов, которые бы создавали гарантии от возможных злоупотреблений в области генетики.

Международное право о геноме человека

Достижения в области геномной медицины имеют универсальный характер. Именно поэтому международное сообщество выражает общую обеспокоенность, пытается выработать единые правила, которые могли бы стать определенным ориентиром для национального законодателя. 11 ноября 1997 года принята Всеобщая декларация о геноме человека и о правах человека <1>. Данный документ закрепляет общие принципы:
1) геном человека знаменует собой достояние человечества;
2) каждый человек имеет право на уважение его достоинства и его прав, вне зависимости от его генетических характеристик. Любая дискриминация в зависимости от генетических признаков запрещена;
3) геном человека в силу его эволюционного характера подвержен мутациям;
4) геном человека в его естественном состоянии не должен служить источником извлечения доходов.
———————————
<1> Всеобщая декларация о геноме человека и о правах человека. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/human_genome.shtml (дата обращения: 19.02.2017).

Декларация также содержит определенные гарантии, направленные на защиту человека от возможных злоупотреблений в сфере генетики:
— предписывается оценка возможных потенциальных опасностей при проведении любых генетических исследований;
— обязательным условием исследования является получение информированного добровольного и предварительного согласия от заинтересованного лица;
— каждый человек самостоятельно решает для себя, нуждается ли он в получении информации о результатах генодиагностики;
— государство должно обеспечивать конфиденциальность полученной информации о ДНК граждан;
— устанавливается запрет на клонирование человека;
— гарантируется свобода проведения научных исследований, но она не должна превалировать над уважением основных прав и свобод человека.
16 октября 2003 г. утверждена Международная декларация ООН о генетических данных человека <1>, которая уточнила значение генетических данных. Это обусловлено еще и тем, что к этому времени была реализована программа расшифровки ДНК человека. Наука получила основные сведения, которые вытекают из генетических особенностей каждого человека. Исходя из этого документ отошел от провозглашения общих принципов проведения научных исследований (которые подходят под любую сферу науки), а выделил конкретные требования к генодиагностике и генотерапии. Особенно подчеркивается, что цели сбора геномных и протеомных данных человека выходят далеко за пределы идентификации личности. Это и прогностическое тестирование, исследование популяции, создание персонализированных методик лечения и др. В Декларации 2003 г. указывается на необходимость особого режима конфиденциальности в отношении генетических данных, поскольку они могут влиять не только на судьбу конкретного человека, но и его потомков, популяции в целом.
———————————
<1> Международная декларация ООН о генетических данных человека. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/genome_dec.shtml (дата обращения: 19.02.2017).

Чуть позже, в октябре 2005 г., путем аккламации была принята Всеобщая декларация о биоэтике и правах человека <1>. 8 марта 2005 г. была утверждена Декларация ООН о клонировании человека <2>, запрещающая репродуктивное клонирование человека (создание человеческой особи).
———————————
<1> Всеобщая декларация о биоэтике и правах человека. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/bioethics_and_hr.shtml (дата обращения: 19.02.2017).
<2> Декларация ООН о клонировании человека. URL: http://www.un.org/russian/documen/declarat/decl_clon.pdf (дата обращения: 19.02.2017).

Из региональных документов следует выделить прежде всего Конвенцию о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины (Конвенция о правах человека и биомедицине, Овьедо, 1997 г.). Глава IV документа имеет название «Геном человека», она отчасти повторила ключевые положения Декларации о геноме человека. Выделено, что генетическое тестирование может проводиться исключительно в медицинских целях. Запрещена аутоевгеника. Установлен запрет на создание мутированного организма. Вмешательство в геном человека не должно влечь за собой изменение генома потомков данного человека. Однако при всей значимости данного международного документа его действие ограничено территорией Европы. Статья 34 предусматривает возможность присоединения к ней государства, не являющегося членом Совета Европы. Однако не все члены Совета Европы являются ее участниками, в их числе и Российская Федерация.
В 2005 г. к Конвенции был принят Дополнительный протокол, касающийся области биомедицинских исследований (СДСЕ N 195); вступил в силу 1 сентября 2007 г. Протокол регулирует отдельные области биомедицины, имея косвенное отношение к генетическим исследованиям. В ноябре 2008 г. был разработан Дополнительный протокол к Конвенции о правах человека и биомедицине, касающийся генетического тестирования в медицинских целях (СДСЕ N 203). В настоящее время ратифицирован 4 государствами — членами Совета Европы, в силу не вступил.

Российское законодательство, определяющее
правовое положение геномной медицины

В Российской Федерации медицинская деятельность регулируется Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» <1>. Документ регулирует права и обязанности пациента и медицинского работника по всем вопросам его профессиональной деятельности. Однако особенности геномной медицины в законодательном акте не находят своего отражения. Единственный раз, где есть упоминание о медико-генетических консультациях (и не более того), — ст. 51 этого Федерального закона, посвященная оказанию консультационной помощи по отдельным аспектам семейно-брачных отношений. Подобные положения содержатся в Семейном кодексе РФ (ст. 15), согласно которому допускается добровольное медико-генетическое консультирование лиц, вступающих в брак.
———————————
<1> Собр. законодательства Рос. Федерации. 2011. N 48. Ст. 6724.

Упомянутый выше Федеральный закон от 5 июля 1996 г. N 86-ФЗ «О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности» имеет непосредственное отношение к геномной медицине. Но внимательный анализ его положений показывает, что регулирование деятельности в отношении человеческого организма рассматривается Законом как побочный продукт. Во-первых, до 2000 г. Закон прямо указывал на то, что он не распространяется на отношения, возникающие по вопросу применения методов генно-инженерной деятельности к человеку, тканям и клеткам в составе его организма. Во-вторых, изменения, коснувшиеся предметологии, носили узкий характер. Относительно нераспространения Закона на генную инженерию в отношении человека появилось дополнение — «за исключением генодиагностики и генной терапии (генотерапии)» <1>. Однако в остальной части Закон изменений не претерпел. В-третьих, последние изменения в Закон N 86-ФЗ, внесенные Федеральным законом от 3 июля 2016 г. N 358-ФЗ, хотя и содержат указания на охрану здоровья человека, затрагивают лишь оборот ГМО-продукции. В-четвертых, сам Федеральный закон «О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности» представляет собой в большей мере технологическую инструкцию, определяя требования к лицам, которые осуществляют генно-инженерную деятельность, перечисляя виды работ в области генно-инженерной деятельности, устанавливая систему безопасности в области генно-инженерной деятельности и др. В то же время норм, посвященных защите прав человека как объекта генно-инженерной деятельности, как пациента, в Законе нет.
———————————
<1> О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности»: Федер. закон от 12 июля 2000 г. N 96-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2000. N 29. Ст. 3005.

Косвенное отношение к геномной медицине имеет Федеральный закон от 3 декабря 2008 г. N 242-ФЗ «О государственной геномной регистрации в Российской Федерации» <1>, но предметом его регулирования выступают только отношения, связанные с обязательной и добровольной геномной регистрацией в целях установления личности. Как только геномная медицина получит свое распространение, поднимется вопрос о расширении целей ДНК-паспортизации, о переводе полученных данных в электронный ресурс и изменении всей технологической цепочки лечения каждого человека в зависимости от его биологических данных. При создании информационной медицинской базы, отражающей сведения о ДНК каждого человека, необходимо либо внесение изменений в Федеральный закон «О государственной геномной регистрации в Российской Федерации» (что более предпочтительно), либо принятие нового нормативного акта. В любом случае дополнительные правила должны будут определить правила сбора, обработки, распространения и использования информации о геноме и протеоме человека. Необходимо будет установить жесткую систему защиты информации, гарантированную от несанкционированного внедрения и незаконного копирования. Закон должен установить случаи систематизации информации без согласия гражданина. В противном случае все известные формы дискриминации покажутся блеклой тенью перед той стигматизацией, которая может произойти в результате разделения граждан по принципу их генетической предрасположенности.
———————————
<1> Там же. 2008. N 49. Ст. 5740.

В Российской Федерации действует также запрет на клонирование человека, установленный Федеральным законом от 20 мая 2002 г. N 54-ФЗ <1>. Особенностью данного нормативного акта является то, что он устанавливает временный запрет, но срок ограничения не определен. Есть обоснование запрета — «недостаточно изученные биологические и социальные последствия клонирования человека». По-видимому, предполагается, что запрет может быть отменен при развитии соответствующих биомедицинских технологий. Однако специальные исследования по клонированию человека на территории Российской Федерации не ведутся.
———————————
<1> О временном запрете на клонирование человека: Федер. закон от 20 мая 2002 г. N 54-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. N 21. Ст. 1917.

Выводы

Геномная медицина активно развивается, достигнув такого уровня, когда ее результаты могут активно влиять на природу человека, изменяя ее, в том числе с помощью внедрения ДНК животных. Подобные эксперименты, проводимые в разных странах с постоянной регулярностью, поднимают серьезные вопросы о закреплении особого статуса генома и протеома человека. Необходимо защитить человеческую природу, чтобы проводимые биотехнологии не привели к размыванию межвидовых различий, не способствовали созданию химер с набором ДНК Homo sapiens.
До настоящего времени конституционные акты, определяя каждого гражданина как субъекта права, не использовали формулировки, которые бы единообразно указывали на человека как единственного обладателя субъективных прав и обязанностей. Обезличенные формулировки в настоящее время используются в попытках распространения конституционной защиты на животных. В основе подобной практики лежат незначительные отличия ДНК человека и некоторых животных (за рубежом чаще всего указывают на человекообразных обезьян). Несмотря на экзотику подобных судебных дел (они инициируются в США и некоторых других странах), идеологическая обработка в мире набирает обороты.
Анализ российского законодательства, посвященного генотехнологиям, говорит о его отставании от реалий. Даже беглый обзор показывает, что необходимо установить хотя бы минимальные запреты, принятые во всем мире: на сбор, хранение, обработку и использование информации о ДНК человека немедицинскими организациями; на генодиагностику и систематизацию информации иностранными организациями без соответствующего разрешения Правительства России; на дискриминацию в зависимости от генетических характеристик; на использование генетической информации в иных немедицинских целях, кроме случаев, прямо установленных законом; на создание химер; вовлечение человеческих эмбрионов в генетические эксперименты. Необходимо предусмотреть гарантии исполнения запретов, в том числе путем внесения дополнений в уголовное законодательство Российской Федерации.

Библиографический список

1. Алексеев Н.Н. Основы философии права. СПб.: Изд-во С.-Петерб. юрид. ин-та, 1998. 216 с.
2. Ильин И.А. Теория права и государства. М.: Зерцало, 2003. 400 с.
3. Косарева И.А. Юридическое значение состояния здоровья лица, вступающего в брак // Медицинское право. 2009. N 1. С. 16 — 19.
4. Ломброзо Ч. Преступный человек. М.: Эксмо, 2005. 876 с.
5. Михайлова И.А. Некоторые направления дальнейшего совершенствования российского семейного законодательства // Российская юстиция. 2009. N 12. С. 23 — 25.
6. Трубецкой Е.Н. Энциклопедия права. СПб.: Изд-во С.-Петерб. юрид. ин-та, 1998. 183 с.
7. Фетюхин Ю.М. Институт брака по новому семейному законодательству Российской Федерации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. 20 с.
8. Фукуяма Ф. Наше постчеловеческое будущее: Последствия биотехнологической революции. М.: АСТ, 2004. 352 с.
9. Энциклопедический словарь / Под ред. проф. И.Е. Андреевского. Т. 11а. СПб.: Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон, 1894. 960 с. URL: http://dlib.rsl.ru/viewer/01003924238#?page=1 (дата обращения: 20.02.2017).
10. Bard A., Soderqvist J. Netocracy: The New Power Elite and Life after Capitalism. New Jersey: Pearson FT Press, 2002. 288 p.
11. Battistuzzi L., Ciliberti R., Forzano F., De Stefano F. Regulating the communication of genetic risk information: the Italian legal approach to questions of confidentiality and disclosure // Clinical Genetics. 2012. Vol. 82. Pp. 205 — 209. DOI: 10.1111/j.1399-0004.2012.01935.x.
12. Dugan R., Wiesner G., Juengst E., O’Riordan M., Matthews A., Robin N. Duty to warn at risk relatives for genetic disease: Genetic counselors’ clinical experience // American Journal of Medical Genetics. 2003. Vol. 119. N 1. Pp. 27 — 34. DOI: 10.1002/ajmg.c.10005.
13. Dugdale R.L. The Jukes: A Study in Crime, Pauperism, Disease, and Heredity. N.Y., 1910. 146 p.
14. Feinberg J. The child’s right to an open future // Aiken W., Lafollette H. Whose Child? Children’s Rights, Parental Autonomy, and State Power. New Jersey, Littlefield: Adams & Co, 1980. Pp. 124 — 153.
15. Gallo A.M., Angst D.B., Knafl K.A. Disclosure of Genetic Information Within Families // American Journal of Nursing. 2009. N 109(4). Pp. 65 — 69. DOI: 10.1097/01.NAJ.0000348607.31983.6e.
16. Goddard H.H. The Kallikak Family: A Study in the Heredity of Feeble-Mindedness. New York, 1912. 121 p.
17. Grey A. Harriton v. Stephens: Life, Logic and Legal Fictions // Sydney Law Review. 2006. Vol. 28. Pp. 545 — 560. URL: http://sydney.edu.au/law/slr/slr28_3/Grey.pdf (дата обращения: 20.02.2017).
18. Guttmacher A.E., Collins F.S. Ethical, Legal, and Social Implications of Genomic Medicine // The New England Journal of Medicine. 2003. N 349. Pp. 562 — 569. DOI: 10.1056/NEJMra 012577.
19. Hall M., Rich S. Patients’ fear of genetic discrimination by health insurers: the impact of legal protections // Genetics in Medicine. 2000. N 2. Pp. 214 — 221. DOI: 10.1097/00125817-200007000-00003.
20. Hintz J. «Wrongful life» and the law // The National Legal Eagle. 2006. Vol. 12. Iss. 2. Article 3. URL: http://epublications.bond.edu.au/cgi/viewcontent.cgi?article=1100&context=nle (дата обращения: 20.02.2017).
21. Lykken D.T. The Antisocial Personalities. Lawrence Erlbaum Associates, Inc., Publishers. New Jersey, 1995. 259 p.
22. McKie R. Men redundant? Now we don’t need women either // The Observer. 2002. 10 February.
23. Offit K., Groeger E., Turner S., Wadsworth E.A., Weiser M.A. The «duty to warn» a patient’s family members about hereditary disease risks // Journal of the American Medical Association. 2004. N 292(12). Pp. 1469 — 1473. DOI: 10.1001/jama.292.12.1469.
24. Tiihonen J., Rautiainen M.-R., Ollila H.M. and etc. Genetic background of extreme violent behavior // Molecular Psychiatry. 2015. N 20. Pp. 786 — 792. DOI: 10.1038/mp.2014.130.
25. Toffler A. Future Shock // Hardback & Paperback. 1970. 430 p. URL: http://www.eindtijdinbeeld.nl/EiB-Bibliotheek/Boeken/Future_Shock_-_Alvin_Toffler_-.pdf (дата обращения: 20.02.2017).
26. Wilson J.W. Debating Genetics as a Predictor of Criminal Offending and Sentencing // Student Pulse. 2011. Vol. 3, N 11. URL: http://www.studentpulse.com/a?id=593 (дата обращения: 20.02.2017).
27. Zaffaroni R. Derecho Penal. Parte General. Buenos Aires, Argentina, 2002. URL: https://ru.scribd.com/doc/50069982/Zaffaroni-Eugenio-Raul-Derecho-Penal-Parte-General (дата обращения: 20.02.2017).

References

1. Alekseev N.N. Osnovy filosofii prava [Fundamentals of the Philosophy of Law]. St. Petersburg, 1998. 216 p. (In Russ.)
2. Il’in I.A. Teoriya prava i gosudarstva [Theory of Law and State]. Moscow, 2003. 400 p. (In Russ.)
3. Kosareva I.A. Yuridicheskoe znachenie sostoyaniya zdorov’ya litsa, vstupayushchego v brak [Legal Significance of State of Health of Person Entering into Marriage]. Meditsinskoe pravo — Medical Law. 2009. Issue 1. Pp. 16 — 19. (In Russ.)
4. Lombroso C. Prestupnyy chelovek [Criminal Man]. Moscow, 2005. 876 p. (In Russ.)
5. Mikhaylova I.A. Nekotorye napravleniya dal’neyshego sovershenstvovaniya rossiyskogo semeynogo zakonodatel’stva [Some Areas for Further Improvement of Russia’s Family Law]. Rossiyskaya yustitsiya — Russian Justitia. 2009. Issue 12. Pp. 23 — 25. (In Russ.)
6. Trubetskoy E.N. Entsiklopediya prava [Encyclopedia of Law]. St. Petersburg, 1998. 183 p. (In Russ.)
7. Fetyukhin Yu.M. Institut braka po novomu semeynomu zakonodatel’stvu Rossiyskoy Federatsii: Avtoreferat dis. … kand. yurid. nauk. [The Institution of Marriage under the New Family Legislation of the Russian Federation: Synopsis of Cand. of jurid. sci. dis.]. Volgograd, 2000. 20 p. (In Russ.)
8. Fukuyama F. Nashe postchelovecheskoe budushchee: Posledstviya biotekhnologicheskoy revolyutsii [Our Posthuman Future: Consequences of the Biotechnology Revolution]. Moscow, 2004. 352 p. (In Russ.)
9. Entsiklopedicheskiy slovar’ / Pod red. prof. I.E. Andreevskogo [Encyclopedic Dictionary / Ed. by I.E. Andreevsky]. Vol. 11a. St. Petersburg, 1894. 960 p. (In Russ.)
10. Bard A., Soderqvist J. Netocracy: the New Power Elite and Life after Capitalism. New Jersey: Pearson FT Press, 2002. 288 p. (In Eng.)
11. Battistuzzi L., Ciliberti R., Forzano F., De Stefano F. Regulating the communication of genetic risk information: the Italian legal approach to questions of confidentiality and disclosure. Clinical Genetics. 2012. Vol. 82. Pp. 205 — 209. (In Eng.) DOI: 10.1111/j.1399-0004.2012.01935.x.
12. Dugan R., Wiesner G., Juengst E., O’Riordan M., Matthews A., Robin N. Duty to warn at-risk relatives for genetic disease: Genetic counselors’ clinical experience. American Journal of Medical Genetics. Vol. 119C. 2003. No. 1. Pp. 27 — 34. (In Eng.) DOI: 10.1002/ajmg.c.10005.
13. Dugdale R.L. The Jukes: A Study in Crime, Pauperism, Disease, and Heredity. New York, 1910. 146 p. (In Eng.)
14. Feinberg J. The child’s right to an open future. Aiken W., Lafollette H. Whose Child? Children’s Rights, Parental Autonomy, and State Power. New Jersey, Littlefield: Adams & Co, 1980. Pp. 124 — 153. (In Eng.)
15. Gallo A.M., Angst D.B., Knafl K.A. Disclosure of Genetic Information within Families. American Journal of Nursing. 2009. No. 109(4). Pp. 65 — 69. (In Eng.) DOI: 10.1097/01.NAJ.0000348607.31983.6e.
16. Goddard H.H. The Kallikak Family: A Study in the Heredity of Feeble-Mindedness. New York, 1912. 121 p. (In Eng.)
17. Grey A. Harriton V. Stephens: Life, Logic and Legal Fictions. Sydney Law Review. 2006. Vol. 28. Pp. 545 — 560. Available at: http://sydney.edu.au/law/slr/slr28_3/Grey.pdf (accessed 15.02.2017). (In Eng.)
18. Guttmacher A.E., Collins F.S. Ethical, Legal, and Social Implications of Genomic Medicine. The New England Journal of Medicine. 2003. No. 349. Pp. 562 — 569. (In Eng.) DOI: 10.1056/NEJMra012577.
19. Hall M., Rich S. Patients’ fear of genetic discrimination by health insurers: the impact of legal protections. Genetics in Medicine. 2000. No. 2. Pp. 214 — 221. (In Eng.) DOI: 10.1097/00125817-200007000-00003.
20. Hintz J. «Wrongful life» and the law. The National Legal Eagle. 2006. Vol. 12. Issue 2. Article 3. Available at: http://epublications.bond.edu.au/cgi/viewcontent.cgi?article=1100&context=nle (accessed 15.02.2017). (In Eng.)
21. Lykken D.T. The Antisocial Personalities. Lawrence Erlbaum Associates, Inc., Publishers. New Jersey, 1995. 259 p. (In Eng.)
22. McKie R. Men redundant? Now we don’t need women either. The Observer. 2002. 10 February. (In Eng.)
23. Offit K., Groeger E., Turner S., Wadsworth E.A., Weiser M.A. The «duty to warn» a patient’s family members about hereditary disease risks. Journal of the American Medical Association. 2004. No. 292(12). Pp. 1469 — 1473. DOI: 10.1001/jama.292.12.1469. (In Eng.)
24. Tiihonen J., Rautiainen M.-R., Ollila H.M. and etc. Genetic background of extreme violent behavior. Molecular Psychiatry. 2015. No. 20. Pp. 786 — 792. (In Eng.) DOI: 10.1038/mp.2014.130.
25. Toffler A. Future Shock. Hardback & Paperback. 1970. 430 p. Available at: http://www.eindtijdinbeeld.nl/EiB-Bibliotheek/Boeken/Future_Shock_-_Alvin_Toffler_-.pdf (accessed 15.02.2017). (In Eng.)
26. Wilson J.W. Debating Genetics as a Predictor of Criminal Offending and Sentencing. Student Pulse. 2011. Vol. 3. No. 11. Available at: http://www.studentpulse.com/a?id=593 (accessed 15.02.2017). (In Eng.)
27. Zaffaroni R. Derecho Penal. Parte General. Buenos Aires, Argentina, 2002. Available at: https://ru.scribd.com/doc/50069982/Zaffaroni-Eugenio-Raul-Derecho-Penal-Parte-General (accessed 15.02.2017) (In Eng.).

Powered by WordPress and ThemeMag

Rambler's Top100 Питомец - Топ 1000 Счетчик PR-CY.Rank Всё об экологии в одном месте: Всероссийский Экологический Портал