.
"Ветеринарное" дело о неправильно поставленном диагнозе. - Правовая зоозащита

«Ветеринарное» дело о неправильно поставленном диагнозе.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 сентября 2017 г. по делу N 33-38944
Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ООО «Биоконтроль» К.А.И. на решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 27.06.14, которым постановлено:
Исковые требования Т.Л., Т.М., Т.Е. к ООО «Биоконтроль» о защите прав потребителей удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Биоконтроль» в пользу Т.М. в счет материального ущерба 167 760 руб., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., штраф в размере 98 880 руб.
Взыскать с ООО «Биоконтроль» в пользу Т.Л., Т.Е. компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.
В остальной части отказать.
Взыскать с ООО «Биоконтроль» в пользу субъекта РФ — города Москвы государственную пошлину в размере 4 435 рублей 20 копеек.
установила:
Истцы Т.Л., Т.М., Т.Е. обратилась в суд с иском к ООО «Биоконтроль» о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, штрафа, указывая в обоснование исковых требований, что истцы являлись собственниками собаки — французского бульдога по кличке Жульен. Собака жила с истцами 10 лет.
В 2014 году истцы обратились к ответчику за ветеринарной помощью для собаки в связи с обнаружением у питомца новообразования на коже. Ответчиком была заведена история болезни N 14-73-604. По данным истории болезни ответчиком были оказаны следующие услуги с постановкой диагнозов: операция N 1: 26.03..15. Предварительный диагноз N 1 — опухоль кожи в основании ушной раковины слева. Произведено иссечение. Диагноз N 1 (на основании гистологии) — безпигментная меланома. Операция N 2: 29.10.15. Предварительный диагноз N 2 Опухоль кожи в основании ушной раковины слева. Полгода назад в этом месте удаляли безпигментную меланому. Произведено иссечение. Диагноз N 2 (на основании гистологии) — шовный материал в рубце. Операция N 3: 11.02.16. Предварительный диагноз N 3 Опухоль кожи левой боковой предлопаточной области. Произведено иссечение. Диагноз N 3 (на основании гистологии) — рабдомиосаркома. Для более точной верификации процесса выполнена иммуногистохимия. Результат иммуногистохимии — низкодифференцированная фибросаркома. Операция N 4: 24.03.16. Предварительный диагноз N 4 опухоль кожи в основании ушной раковины слева. Ранее в этом же месте удаляли две опухоли, первый раз было заключение о безпигментной меланоме, второй раз — рубцовая ткань. Произведено иссечение участка стенки наружного слухового прохода слева. Диагноз N 4 (на основании гистологии) низкодифференцированная мастоцитома.
Истцы после операции N 3 самостоятельно провели в диагностическом клиническом центре N 1 в отделении патологической анатомии гистологическое исследование стекол (биопсийного, операционного материала 3-х операций) запрошенных у ответчика. Результаты гистологии: операция N 1 26.03.15 — гистологическая картина соответствует мастоцитоме; операция N 2 29.10.15 гистологическая картина соответствует рецидиву мастоцитомы; операция N 3 11.02.16 гистологическая картина соответствует мастоцитозу (метостаз в лимфотический узел). Таким образом, ответчик на один и тот же процесс за 1 год поставил 5 различных диагнозов. При этом, по вине ответчика в течение года собака не получала адекватного лечения. Только после операции N 4 (после 2-х рецидивов и метастазирования опухоли) была назначена лучевая терапия (6 процедур с общим наркозом) и химия терапия (3 месяца). Между тем, это лечение было необходимо назначить сразу же после первой операции. Врач не предупредила истцов о неэффективности лечения этими методами в запущенной стадии, о плохом прогнозе и о возможности появления в дальнейшем сильнейших болевых синдромов, обезболивание которых не представлялось возможным. После 3-х месяцев приема дорогостоящих лекарственных химиопрепаратов, врач, проведя очередные обследования (рентген, узи, биохимический анализ крови) отменила эти препараты. И рекомендовала истцам наблюдение, рентген 2 раза в год, УЗИ 1 раз в 3 месяца. После отмены химиопрепаратов, через неделю, появились множественные образования кожи левой боковой предлопаточной области, в области шва и на холке, в связи с чем, истцы обратились к врачу. Врач, не предупредив истцов о наступлении терминальной стадии заболевания, повторно назначила химиотерапию длительно, через 3 недели приема препарата состояние животного значительно ухудшилось, появилась рвота, отказ от еды, сильная жажда, слезотечение, затрудненное дыхание, об этом истцы незамедлительно сообщили врачу по телефону, на что она рекомендовала привезти животное в клинику на инфузионную терапию. На вопросы истцов о состоянии животного, врач после очередного обследования (клинический анализ крови, биохимия) сообщила, что состояние не критическое, что это симптомы воспаления желудочно-кишечного тракта от химиотерапии. Врач отменила прием химиопрепарата, назначила капельницы, в течении 3-4 дней с последующем возобновлением химиотерапии. После проведения 2-х капельниц, состояние животного ухудшилось. После ночного посещения клиники, где животному сделали инъекцию тромала для обезболивания, истцы явились к ответчику утром, лечащий врач был в это время в отпуске. Поэтому прием проводил другой врач. Врач Ш. смог предложить истцам только эвтаназию, т.к. животное на этот момент испытывало сильнейшую боль, которую не снимают обезболивающие препараты, применяемые в ветеринарии. Между тем, врач К.А.Л. в течение 1,5 года наблюдала и лечила животное, а на последнем приеме 24.08.16 уверяла истцов, что состояние некритическое, а 26.08.16 истцам могли предложить только эвтаназию. Истцы оказались эмоционально не готовы к этой процедуре, попросили сделать 3-ю капельницу, назначенную К.А.Л. После этой процедуры, животное, испытывая сильнейшую боль, погибло в мучениях в клинике. Эвтаназию проводили, уже когда собака мучилась в агонии. В последующем наступил летальный исход.
Летальный исход наступил из-за того, что врач ответчика во время не назначила химию и лучевую терапию после первой или хотя бы второй операции, пока не пошли метастазы в шею. Из-за неадекватной диагностики было упущено время. Химию и лучевую терапию назначили только после 4-й операции, когда было уже метастазирование и второй рецидив, при этом, врач ответчика, заведомо зная, что все уже бесполезно, не поставив истцов в известность об этом, не предупредив, что возможен летальный исход, сделала назначения. Т.к. химия и лучевая терапия имеют серьезные побочные эффекты в виде анемии и падение показателей лейкоцитов, которое вызывает снижение иммунитета, а также нарушение в печени и почках, тем самым она усугубила состояние и так уже обреченного животного. Существенно ослабив иммунитет, она назначала ему иммуностимуляторы, антибиотики, т.е. лечила не основное заболевание, а уже побочные эффекты химии и лучевой терапии. Ответчиком были допущены грубые нарушения ст. 4 ФЗ «О защите прав потребителей», главы 3 «Правил оказания платных ветеринарных услуг», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 06.08.1998 N 898. Гибель животного обусловлена некомпетентными действиями врача — ветеринара К.А.Л., которая является работником ООО «Биоконтроль».
Истцы Т.Л., Т.М., Т.Е. просят суд взыскать с ответчика ООО «Биоконтроль» в счет возмещения причиненного материального ущерба сумму в размере 231401 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. в пользу каждого истца, штраф в размере половины присужденных сумм — 115 700,50 в пользу всех истцов.
Истцы Т.Е., Т.Л., Т.М., их представитель З. в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.
Представители ответчика ООО «Биоконтроль» — Я., К.А.И. в судебное заседание явились, исковые требования не признали по основаниям, изложенным в письменных возражениях.
Треть лицо — К.А.Л. в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом.
Судом постановлено вышеуказанное решение, об отмене которого просит представитель ООО «Биоконтроль» — К.А.И. по доводам апелляционной жалобы, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права.
Представитель ответчика ООО «Биоконтроль» — К.А.И. в судебное заседание апелляционной инстанции явился, доводы апелляционной жалобы поддержал.
Истцы Т.Л., Т.Е., Т.М. в судебное заседание апелляционной инстанции явились, полагали решение суда первой инстанции законным и обоснованным.
Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 19 декабря 2003 г. за N 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права. Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 — 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела, которым судом дана надлежащая правовая оценка, и требованиями закона.
Судом установлено, что истцы Т.Л., Т.М., Т.Е. вместе проживают по адресу: ***. В семье истцов более 10 лет проживала собака — французский бульдог, кличка — Жульен.
В связи с обнаружением у собаки новообразования истцы обратились за медицинской помощью для питомца в ООО «Биоконтроль». 08.03.14 истец Т.М. и ООО «Биоконтроль» заключили договор об оказании ветеринарных услуг N 14-73604, была заведена история болезни животного N 14-73-604.
Лечение проводилось ветеринарным врачом К.А.Л. Врач в течение полутора лет наблюдала и лечила собаку истцов. 26.08.16  собака умерла.
Для разрешения вопроса о правильности постановленного диагноза и назначенного животному лечения судом была назначена экспертиза.
Согласно заключению эксперта N 012805/3/77001/032017/2-14117/16 от 09.06.17 ветеринарными врачами клиники ООО «Биоконтроль» в период с 22.03.15 по 01.04.16 не был поставлен собаке правильный диагноз — мастоцитома. Этот диагноз по всем гистологическим стеклам был поставлен врачом Диагностического клинического центра N 1, после личного обращения туда владельцев животного. Как следствие неправильно поставленного диагноза, ветеринарной клиникой ООО «Биоконтроль» был выбран неправильный план лечения собаки. Исходя из изложенного в исследовательской части между лечением врача ООО «Биоконтроль» и гибелью собаки усматривается причинно-следственная связь.
Суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 1064, 1068, положениями Закона РФ «О защите прав потребителей», оценив по правилам ст. ст. 59, 60, 67 ГПК РФ представленные сторонами и добытые в ходе судебного разбирательства доказательства, в том числе заключение экспертизы, которое соответствует требованиям закона, выполнено специалистом, квалификация которого сомнений не вызывает (высшее биологическое образование, повышение квалификации в 2005г, 2007г, 2008г, стаж работы по специальности — 17 лет), выводы эксперта ясные, понятные, непротиворечивы, пришел к обоснованному выводу о частичном удовлетворении исковых требований, взыскании с ответчика в пользу истца Т.М.. в счет возмещения материального ущерба, суммы оплаченной по договору об оказании ветеринарных услуг в размере 167 760 рублей 00 копеек.
Также суд первой инстанции правомерно взыскал в пользу истца Т.М. в счет компенсации морального вреда 30000 рублей 00 копеек, штраф в порядке ч. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» в размере 98 880 руб., в пользу истцов Т.Л., Т.Е. взыскана компенсация морального вреда 20000 рублей.
В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ с ответчика взыскана государственная пошлина в доход бюджета города Москвы в размере 4435 рублей 20 копеек.
Судебная коллегия полагает согласиться с выводами суда первой инстанции, основанными на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела и требованиях закона.
Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика ООО «Биоконтроль» — К.А.И. о несогласии с поставленным диагнозом Диагностического клинического центра N 1, судебная коллегия отклоняет поскольку указанные документы были предметом исследования и оценки эксперта при проведении судебной экспертизы, и подтверждены выводами, изложенными в заключении экспертизы.
Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика ООО «Биоконтроль» — К.А.И. о несогласии с выводами экспертизы, судебная коллегия отклоняет, поскольку вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено доказательств, опровергающих выводы экспертизы.
При этом, судебная коллегия отмечает, что оценка представленных по делу доказательств, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относиться к компетенции суда, суд оценивает заключение проведенной по делу экспертизы в совокупности с иными представленными по делу доказательствами. Доводы апелляционной жалобы о необоснованности выводов эксперта объективно представленными доказательства не подтверждаются. Заключение эксперта мотивировано. В заключении указано кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны выводы. Заключение эксперта оценено судом в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими имеющимися в материалах дела доказательствами. Данных, подвергающих сомнению правильность или обоснованность выводов эксперта, данных о наличии в заключении эксперта неустранимых противоречий, ответчиком представлено не было.
Доводы апелляционной жалобы о неправильном определении судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильном применении норм материального права, судебная коллегия отклоняет по следующим основаниям.
В статье 18 Федерального закона Российской Федерации N 4979-1 от 14.05.1993 «О ветеринарии» указано, что владелец животных обязан выполнять указания специалистов в области ветеринарии о проведении мероприятий по профилактике болезней животных и борьбе с этими болезнями», т.е. специалист в области ветеринарии должен донести до рядового гражданина информацию о здоровье его питомца…
В соответствии с п. 1 ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей», исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.
В соответствии со ст. 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.
Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.
При рассмотрении дела установлено, что ответчиком не была доведена до истца достоверная информация о состоянии здоровья животного, неправильно поставлен диагноз, вследствие чего проведено неправильное лечение, что повлекло гибель животного.
Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика, что судом первой инстанции неправомерно удовлетворены требования членов семьи собственника собаки о взыскании компенсации морального вреда, судебная коллегия отклоняет, поскольку как следует из материалов дела владельцами собаки указаны Т.Е. 2), Т.М., что свидетельствует о наличии права общей совместной собственности истцов в отношении собаки, и подтверждается в том числе и тем, что истцы вместе занимались лечением и уходом за собакой, в связи с чем независимо от заключения договора с одним из истцом, судом первой инстанции правомерно определено право каждого истца на компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием услуги в результате которого собака погибла.
Таким образом, при разрешении спора, судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.
Изложенные в апелляционной жалобе доводы фактически выражают несогласие истца с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене или изменению решения не содержат, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 327 — 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 27 июня 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ООО «Биоконтроль» К.А.И. — без удовлетворения.

Оставить комментарий

Вы должны войти на сайт чтобы оставить комментарий.

Powered by WordPress and ThemeMag

Rambler's Top100 Питомец - Топ 1000 Счетчик PR-CY.Rank Всё об экологии в одном месте: Всероссийский Экологический Портал